— Ничего удивительного, — усмехнулся Стригалов. — Вы очень проницательны, господин Тайновидец. Но мне повезло. Я заранее узнал, что вы придете ко мне, и принял все меры, чтобы защитить от вас свой магический дар. Вот вы ни о чем и не догадались.
Он пожал плечами.
— Вернее, догадались, но не сразу.
— Вы сказали, что вы не злодей, — перебил его Зотов. — А кто же вы?
Стригалов перевел взгляд на Никиту Михайловича.
— Неравнодушный гражданин, которому небезразлично то, что будет с Империей, — ответил он.
В этот момент мне нестерпимо захотелось врезать Стригалову по довольной физиономии. Так врезать, чтобы навсегда сбить эту добродетельную маску с его лица.
Но я сдержался, хоть и с трудом. Нужно было выслушать Стригалова до конца. Не из сочувствия, а чтобы понять — кто еще пострадал из-за него.
— Так вы патриот? — с усмешкой спросил Зотов.
— В какой-то мере, — серьезно кивнул Стригалов. — Извольте, я вам сейчас покажу.
Он опустил руку под стол, и Зотов резко скомандовал:
— Держите руки на виду.
Стригалов послушно положил обе ладони на стол.
— Я всего лишь хотел показать вам один документ, — улыбнулся он. — Эта бумага в верхнем ящике стола. Если вы не доверяете мне, можете достать ее сами.
Зотов обогнул стол, с шумом выдвинул ящик и достал оттуда тонкую пачку скрепленных между собой бумажных листов.
Стригалов даже не шелохнулся.
— Что ж, посмотрим, — сказал Никита Михайлович, — очень любопытно.
Он быстро пробежал глазами первый лист и изумленно поднял брови.
— Программа переустройства Империи? — насмешливо спросил он. — Вы серьезно, Юрий Андреевич?
— Именно, Никита Михайлович, — кивнул Стригалов. — Именно так. Я составил этот документ еще несколько лет назад и очень хотел показать его императору. Почему-то мне казалось, что его величество смог бы оценить мои усилия. Честно говоря, мне и сейчас так кажется.
— Значит, вы мечтаете переустроить Империю? — спросил я.
— Да, — кивнул Стригалов. — И разработал очень интересные предложения.
— А какое отношение к вашей работе имеет Уральский банк? — поинтересовался я. — Если вы думаете только о благе Империи, зачем же вы затеяли эту аферу?
— Все очень просто, Александр Васильевич, — улыбнулся Стригалов. — Мне были нужны деньги. Я ведь даже не дворянин, всего лишь бедный студент с незаурядными магическими способностями, который сумел выучиться на юриста. Должность адвоката по мелким делам — вот предел моей карьеры. Кто бы ко мне прислушался?
Мне пришлось совершить определенные действия, чтобы придать вес моим словам.
— Расскажете? — полюбопытствовал я.
— Разумеется, — кивнул Стригалов. — Именно для этого я вас и ждал.
Он сплел пальцы рук в замок.
— Если позволите, я начну с самого начала.
— Только постарайтесь покороче, — заметил Зотов.
— Хорошо, — кивнул юрист. — Я закончил императорский университет, стал юристом и некоторое время работал в судебной коллегии, но быстро понял, что мне не стать даже судьей, поэтому я ушел в адвокаты. Занимался гражданскими делами, тяжбами о разводах и наследствах, выиграл несколько дел и заработал определенную репутацию.
К тому же у меня завелись кое-какие деньги, и все их до последней копейки я заработал сам. Знаете, я искренне горжусь этим, господа, вот только этого было решительно недостаточно.
Знаете, сколько в столице таких адвокатов? Пруд пруди. Но к тому времени у меня уже появились покровители. Тот же князь Горчаков.
— На всех этих покровителей вы накладывали темное заклятие, — догадался я.
Стригалов пожал плечами.
— Это был самый надежный способ удержать их, только и всего. Кроме того, я не требовал от них ничего ужасного. Порекомендовать меня влиятельным людям, поддержать.
Именно в то время мне очень, кстати, подвернулся этот уральский лавочник Матвей Трегубов. У него были кое-какие деньги, которые он хотел вложить в Столице. Я добавил к его капиталам свои сбережения и помог ему организовать Уральский банк.
Это было чисто коммерческим предприятием, поверьте. Я надеялся разбогатеть и затем купить себе титул.
Стригалов улыбнулся.
— Вам, Александр Васильевич, это должно быть хорошо понятно. Аристократы имеют совсем другой вес в нашем обществе.
— Да, я понимаю, — кивнул я.
— Я в этом не сомневался, — улыбнулся Стригалов. — Но именно вы мне и помешали. Взялись защищать этого пьяницу графа Толубеева и испортили все дело. По счастью, я сумел остаться в тени.
— Да, вы ведь не общались со своими жертвами напрямую, — кивнул я. — Только при помощи писем. Это очень предусмотрительно.
— Общался, — улыбнулся Стригалов, — но никогда не говорил о делах. Это были ни к чему не обязывающие светские разговоры. Так что вы правы, никто из моих невольных помощников даже не подозревал, что это я управляю ими.
— Вы не сказали, что банкир Трегубов очень кстати владел заклинанием оборотных денег, — напомнил я.
— Да не был он банкиром, — рассмеялся Стригалов. — Я же вам говорю, самый обыкновенный жулик. Но вы правы, Трегубов владел нужным заклинанием. Кажется, бабка ему передала, или дед. Это была его самая ценная способность. Только из-за нее я терпел его глупость и страхи.
