— Представляешь, какого размера были эти статуи? — с улыбкой сказал я Лизе. — Молодые скульпторы не стеснялись.
— Просто большую статую делать легче, чем маленькую, — неожиданно возразила Лиза. — Создать статуэтку для каминной полки — это очень кропотливая работа. Одно неосторожное движение, одна ошибка в магических расчётах, и весь труд пойдёт насмарку.
— Никогда бы не подумал, — удивился я.
Даже несмотря на необычную мостовую, квартал Разбитых Статуй выглядел тихим и уютным местечком. Здесь не было городских многоквартирных домов. По обеим сторонам улицы были разбросаны небольшие особняки, утопавшие в зелени садов.
Возле одного из таких домиков мы и остановились. Я покосился на Лизу и с удовольствием увидел, что девушке здесь нравится. Мне тоже приглянулась красная черепичная крыша, которая возвышалась над кронами яблонь, и огромные окна на первом этаже.
— Там находится мастерская, — объяснил нам Григорий Павлович. — Большие окна нужны, чтобы пропускать достаточно света. Хотите посмотреть дом внутри или сразу поедем к следующему?
— Хотим, — хором ответили мы с Лизой.
— Тогда прошу вас, — улыбнулся Григорий Павлович, отпирая дверь.
Внутри дома Лизе тоже понравилось. Мастерская на первом этаже выглядела светлой и просторной. Возможно, потому, что в ней не было абсолютно никакой мебели, только в углу валялся сломанный деревянный мольберт.
— Этот дом редко пустовал, — объяснил нам Григорий Павлович, — но сейчас цены на недвижимость в квартале поднялись. Теперь студентам Художественной Академии не по карману снимать здесь жильё.
Я понимающе улыбнулся. Разговорами о ценах на недвижимость банкир осторожно давал понять, что не скупится на благодарность.
— Но дом в полном порядке, — торопливо добавил Жадов, по-своему истолковав мою улыбку. — Здесь всё работает, можете не сомневаться.
В доказательство своих слов банкир повернул большой бронзовый кран, который торчал из стены. Кран фыркнул, закашлялся, а затем из него в мраморную раковину полилась струя ржавой воды.
— Видно, немного застоялась, — расстроенно сказал Григорий Павлович. — Сейчас вода протечёт, и всё будет в порядке.
— Ну как тебе? — тихо спросил я Лизу.
— Мне очень нравится, — также тихо ответила Лиза. — Это мастерская подходящего размера. Здесь поместится всё, что нужно. А ещё здесь очень светло.
— Давайте поднимемся наверх, — предложил Григорий Павлович.
По широкой лестнице из тёмного дерева мы поднялись на второй этаж. Над мастерской располагалась уютная квартирка: гостиная, кухня и спальня, к которой примыкала ванная комната. Здесь даже мебель была, и Григорий Павлович заверил нас, что дом перейдёт в нашу собственность вместе с обстановкой.
— Очень уютно, — улыбнулся я. — И нет риска заблудиться в бесконечных комнатах.
— О таком доме я и мечтала, — покраснев от смущения, сказала мне Лиза.
— В таком случае мы можем немедленно подписать дарственную, — заявил Григорий Павлович. — Документ я уже заготовил, осталось только вписать адрес и поставить подписи.
Он достал из кармана плотный лист бумаги, свёрнутый трубочкой, и разложил его на столе. Я увидел на листе гербовые печати. Аккуратным почерком банкир вписал в документ несколько строк и протянул мне перо.
— Прошу вас, Александр Васильевич, подпишите.
— Этим домом будет владеть Елизавета Фёдоровна, — с улыбкой объяснил я.
— Жаль, что вы не предупредили об этом заранее, — немного расстроился Жадов. — На счастье, я предусмотрительно захватил с собой пустой бланк.
Тут же за столом банкир составил новую дарственную. Игорь Владимирович время от времени поглядывал на меня, а я чутко прислушивался к эмоциям Жадова. Ничего подозрительного в них не было. Григорий Павлович искренне радовался, что нам понравился дом, и не собирался хитрить. Я чуть еле заметно кивнул Игорю Владимировичу.
Заполнив документ, Григорий Павлович протянул перо Лизе.
— Прошу вас, Елизавета Фёдоровна, — сказал он.
Лиза присела за стол и нерешительно взглянула на меня. Я ответил ей ободряющей улыбкой.
Тогда Лиза склонилась над бумагой и старательно вывела под документом свою подпись.
— Поздравляю вас! — улыбнулся Жадов. — И ещё раз примите мою искреннюю благодарность.
— Обращайтесь, Григорий Павлович! — улыбнулся я, пожимая ему руку.
Затем обнял Лизу за плечи.
— Теперь и ты владеешь недвижимостью в нашей Столице.
— Мне кажется, это нужно отпраздновать, — предложил Григорий Павлович. — В квартале Разбитых Статуй мне принадлежат не только дома, но и продуктовая лавка, а также трактир, который находится в двух шагах отсюда. Смею заверить, кухня там превосходная. Разумеется, еду и напитки доставят прямо сюда.
— Почему бы и нет, — улыбнулся я.
Игорь Владимирович согласно кивнул, а затем деликатно взял Лизу под руку.
— Елизавета Фёдоровна, давайте вместе ещё раз посмотрим вашу будущую мастерскую и уточним список необходимого оборудования.
Они вдвоём спустились на первый этаж. Григорий Павлович отошёл к окну, не теряя времени, отдавал распоряжение трактирщику, а я опустился в удобное кресло, с любопытством разглядывая обстановку.
И тут мне прислал зов Никита Михайлович Зотов.
