Прежде чем я успеваю спросить об этом, он выхватывает блокнот из моих рук, захлопывает и кладет обратно на покачивающуюся стопку.
– Знаешь, это так непросто – замыслить шедевр. Придумать книгу, которая выдержит испытание временем.
Его голос утратил все свое рычание и резкость. Он вдруг стал похож на капризного мальчика-акселерата. Мне вспоминается момент, когда я впервые увидела Фаберже в гостиной внизу – инкрустированное драгоценными камнями сокровище, скрытое под многолетней грязью, и все же я увидела его таким, каким оно было.
– Важнее всего полировка, – говорю я. – Чтобы раскрыть блеск большинства вещей, особенно шедевров, нужно хорошенько оттереть с них всю грязь.
Мистер Гримторп смотрит на меня прищуренными глазами. Делает два шага в мою сторону, затем приседает, чтобы его лицо оказалось на уровне моих глаз. Он на расстоянии вытянутой руки, и все же я не боюсь. Уже нет. Я вижу его таким, какой он есть. Он не тролль и не монстр. Он всего лишь человек.
– Ты у нас ребенок-философ? – спрашивает он. – Придворный шут? Дурочка при царе? Та, что говорит людям то, чего другие сказать не осмеливаются?
– Бабушка говорит, что я мудрая не по годам.
– Ах да, горничная, которая знает все. И тоже блестит под своей патиной. – Он выпрямляется. – Можешь навещать меня в любое время, при условии, что ты не будешь путаться под ногами.
– Ваши ноги совсем не такие большие, как я себе представляла, так что не запутаюсь, – отвечаю я. – Мистер Гримторп, могу я задать вам еще один вопрос?
– Можете, мисс Пип.
– Где та женщина в синем платке и перчатках? Ваш личный секретарь.
– В своем кабинете, выполняет мои указания, – отвечает он.
– Она перепечатывает ваши «молескины»? Я то и дело слышу, как кто-то печатает.
– Естественно.
– И это все, чем она занимается?
Вот тогда это и происходит. На его лицо снова набегает туча, а глаза превращаются в щелочки.
– Да кем ты себя возомнила? Конечно же это все, что она делает! А ну уходи! – ревет он.
Я прирастаю к месту. Бежать хочется, но я словно в камень превратилась.
– Ты меня хорошо слышала или ты кретинка? Я сказал: вон! – рычит он.
Мои ноги наконец отрываются от пола, и я выбегаю из комнаты. Потайная дверь захлопывается за моей спиной и снова превращается в стену из книг. Я стою в библиотеке, запыхавшаяся, одинокая, кровь стучит в висках. Я понятия не имею, что я сделала не так, чем его обидела.
– Молли? – слышу я певучий голос бабушки, эхом доносящийся с лестницы. – Прости, что прерываю чтение, но ты можешь сейчас спуститься? Время чая!
– Иду! – кричу я.
Я беру книгу с кушетки и кладу ее обратно на дальнюю полку. Бросаю последний взгляд на луч света, льющийся на пол из скрытого за стеной кабинета. Затем, чувствуя тошноту, выбегаю из библиотеки и спешу в безопасную гавань – к чаю и бабушке.
Итак, мы снова в лобби отеля: я, мистер Сноу и Анджела. Пожарная сигнализация умолкла. Порядок восстановлен.
Мы смотрим на пустое место на ресепшене, то место, где менее часа назад стояла одна только коробка для документов. Внутри ее были: первое издание самого знаменитого романа мистера Гримторпа, его перьевая ручка, черный «молескин» с монограммой и благодарственное письмо для мисс Шарп.
– Коробка, – говорю я. – Она была прямо здесь… а теперь ее нет.
– Видишь? – произносит Анджела. – В наши дни нельзя терять бдительность. Преступники повсюду.
– Во всем этом нет ничего криминального, – говорит мистер Сноу. – Очевидно, Серена спешила. И она ушла с коробкой, за которой и приходила. Анджела, не надо превращать все в заговор.
В этот момент сквозь вращающиеся главные двери «Ридженси гранд» проталкивается Шерил. Ее неряшливая швабра то и дело задевает постояльцев, когда Шерил, шаркая ногами, направляется в нашу сторону.
Остановившись поблизости, она опирается на швабру.
– Проклятая пожарная сигнализация. Лучше бы избавиться от нее.
Мистер Сноу снимает очки и массирует переносицу.
– Шерил, в безопасном отеле постояльцы спят лучше, – произносит он. Это прямая цитата из моего «Руководства и справочника горничной», и, услышав, как мистер Сноу повторяет мои слова, я переполняюсь гордостью.
Но глаза Шерил закатываются так глубоко в голову, что удивительно, как она ими не подавилась.
– А где маленькая леди Гримторпа? – спрашивает она.
– Мы не обращаемся к постояльцам в подобной манере, – отвечает мистер Сноу. – А не ты ли должна быть наверху и убирать их номера? Я не понимаю, что ты делаешь в лобби.
– То же самое и с Лили, – говорю я. – Как ее временный руководитель, ты должна присматривать за ней. Я не знаю, зачем ей здесь появляться.
– Ее здесь не было, – настаивает Шерил.
– Нет, была. Прямо под лестницей. – Я указываю на теперь уже пустующее место, где прежде находилась Лили с ее метелочкой.
– Хм… Прямо возле рычага пожарной сигнализации, – произносит Анджела.
Мистер Сноу хлопает в ладоши.
– Ну ладно, достаточно. Неужели ни у кого в этом отеле нет работы? Разойдитесь. Молли, ты должна помогать Анджеле в «Сошиале», и не забывай, что это только на сегодня.
