– «Клац-клац-клац-клац-клац», – говорю я детективу Старк. – Этот звук – стук пишущей машинки секретаря – всегда звучал на фоне. Мистер Гримторп писал от руки, но я ни разу не видела, чтобы в своих «молескинах» он оставлял что-то, помимо каракулей. В детстве мне рассказывали, что его личный секретарь перепечатывает его книги, и я верила. Но теперь я думаю, что все было не так.
– Вы только что сказали, что подали ему идею для концовки его самого популярного романа, – напоминает детектив Старк. – Щелочной раствор.
– Да. Идея была моя, но что, если кто-то другой рассказал ему остальную часть истории или вообще всех его историй? Возможно, та женщина-секретарь была больше чем просто машинисткой. Может быть, она была…
– Литературным негром? – предположила Старк.
– Да, – отвечаю я.
– Литературный негр тайно пишет книги, а всю славу и почет забирает публичный мошенник, – говорит Старк.
– Славу, почет и ошеломляюще щедрый гонорар, – добавляю я. – Разве это не способно вызвать недовольство? Разве месть – это не мотив?
Детектив Старк внезапно встает и пускается расхаживать по периметру комнаты. Звук ее шагов отдается у меня в позвонках.
– В свое время я общалась с парочкой писателей, – вспоминает она. – Когда в участке пишут полицейские протоколы, то обычно приходят ко мне за советом – спросить, правильно ли изложены детали. Скажем так: любой писатель чертовски хорошо знает, как убить кого-то и не оставить улик. Вопрос в том, сможет ли писатель – или литературный негр – воспользоваться этими знаниями, чтобы убить по-настоящему? И если да, то сможет ли он обставить все так, что ему сойдет это с рук? – Детектив замирает и добавляет: – Молли, похоже, я вас недооценивала.
– Что вы имеете в виду?
– Я не всегда понимаю, о чем вы толкуете. Но вы только что насобирали целую серию улик, о которых я даже не подозревала. Мне нужна ваша помощь.
– Моя помощь? С чем?
– Нас с вами ждет путешествие.
Мысль о том, чтобы отправиться куда-нибудь с детективом Старк, – это самое страшное, что я могу вообразить.
– И куда мы едем?
– Конечно же, в поместье Гримторпов.
И вот я проезжаю городские окраины в полицейском автомобиле детектива Старк. Немного утешает лишь то, что я сижу на пассажирском сиденье, а не сзади, за пуленепробиваемой перегородкой. Я чувствую себя маленькой девочкой, пока еду в место, которое не чаяла увидеть снова, причем в этот раз не с моей любимой бабушкой, а с пугающим детективом за рулем. Мои руки дрожат. Я вцепляюсь в дверную ручку точно так же, как много лет назад в такси, во время моего первого визита в поместье.
Прежде чем уехать, Старк позвонила судье и пообщалась с ним. Она все объяснила и затребовала ордер на обыск, уголок которого сейчас торчит из потайного внутреннего кармана ее черного пальто.
– Далеко еще? – спрашивает Старк, глядя на дорогу.
– Нет, – отвечаю я. – Поместье в пяти минутах отсюда.
Старк кивает и отвлекается на величественные особняки – украшения густого лесного пригорода.
– Чертовски классный лес, – отмечает она.
– О более живописном месте и мечтать нельзя, – соглашаюсь я.
Еще один поворот, и перед нами вырастает поместье Гримторпов.
– Это тот самый. Вон, видите, наверху.
Монолитное трехэтажное поместье все такое же внушительное, как и в детстве; я помню эти окна в черных рамах, расположенные в три ряда – точь-в-точь устрашающая морда восьмиглазого паука.
Детектив подъезжает прямо к кованым воротам. С них отслаивается черная краска, кое-где видна ржавчина. До сторожевой башни рукой подать, ее тонированные окна укрывают того, кто мог бы находиться внутри.
Детектив Старк останавливает машину, мы обе выходим и приближаемся к воротам.
Кнопки скрытого домофона со временем выцвели и потрескались.
– Нужно вызвать привратника, – говорю я. – Он обитает в сторожевой башне.
Но Старк кладет руку на ворота, толкает их, и те легко открываются, скрипя.
– Ой, – удивляюсь я. – Времена изменились.
И я прохожу сквозь ворота, следуя за детективом.
Мы идем по знакомой подъездной дороге среди кроваво-красных роз. Бутоны уже начали раскрываться, они источают божественный аромат, гипнотический и сладкий.
– Это место знавало лучшие дни, – говорит Старк. – Видала похожее в сериале «Фолти Тауэрс»[15].
Поместье находится в аварийном состоянии, его фасад выцвел и пошел трещинами. Только розы выглядят здесь ухоженными.
Мы подходим к внушительной входной двери с дверным молотком в виде льва – здесь латунь тоже почернела, облетела. Когда я была тут в последний раз, моя крошечная рука вцеплялась в бабушкину по дороге из поместья. От воспоминаний замирает сердце.
– Стучите, говорить буду я, – кивает детектив Старк.
Я хватаю челюсть льва и стучу три раза.
