– Миссис Гримторп выбрала для нее машинку, чтобы не допустить утечек, не говоря уже обо всем прочем. Моя мать умела вести себя сдержанно, а еще блестяще хранила секреты. – Она смотрит на фотографию на стене и размышляет. – Гримторп на самом-то деле никогда не был писателем. Раньше, еще до своего писательского кризиса, он измышлял возмутительные заговоры и интриги, которые передавал моей матери в длинных словесных тирадах. А она превращала его безумие во что-то здравое и ладно описанное, во что-то интригующее от первой страницы и до последней. Она была настолько хороша в этом, что сделала из Гримторпа автора бестселлеров. Но подлинным кудесником, стоящим за его книгами, всегда была она.
– А он молчал о ней, – говорю я.
– Да, – подтверждает мисс Шарп. – Одна миссис Гримторп знала правду, и больше никто.
– Почему вы ничего не рассказали мне раньше? – спрашивает Старк. – Когда вы пришли ко мне в участок, вы ничего не сказали о своей матери и отказались выдать хоть слово из той речи, которую готовил мистер Гримторп.
Мисс Шарп проходит за свой стол и устраивается в безупречно чистом кресле.
– Я не могла вам сказать, потому что подписала контракт. – Она указывает на два белых стула перед ней. – Пожалуйста, садитесь.
Детектив Старк подчиняется. Я сажусь рядом с ней. Мисс Шарп переплетает руки и кладет их на стол.
– Я уже не первый год знаю, что мама была его литературным негром. Я умоляла ее потребовать надлежащую компенсацию плюс долю гонорара Джей Ди, но она была матерью-одиночкой, которая боялась своего босса и потери стабильной работы. Она знала, что заслуживает большего, но не решалась выступить против него или его жены. Она не хотела почувствовать на себе их гнев. – Мисс Шарп замолкает, глядя через открытую дверь на хаос в кабинете мистера Гримторпа. – Такой грамотный человек, но так и не смог написать приличную книгу. Такой испорченный.
– Испорченный и могущественный, – поправляю я. – Он знал, как заставить вас почувствовать себя особенной и в то же время ничтожной.
Глаза мисс Шарп распахиваются.
– Совершенно верно. В прошлом году мама умерла, так и не получив должной компенсации за свои труды, и во мне вскипел гнев. Она всю жизнь экономила, десятилетиями сидела на зарплате секретаря. Страх вынуждал ее молчать, но надо мной он не имеет власти. И я разработала план.
Мы с детективом переглядываемся.
– Продолжайте, – говорит Старк.
– Я оставила должность главы отдела делового администрирования и стала личным секретарем мистера Гримторпа. Он был в восторге. Он получил в моем лице преемницу моей матери, умеющую держать рот на замке и в то же время более молодую и красивую. И еще он был настолько глуп, что решил, будто я тоже должна уметь писать, но у меня-то никогда не было маминого дара рассказчика. Когда он это понял и пригрозил меня уволить, я тут же пригрозила ему в ответ.
– Чем вы ему угрожали? – спрашивает детектив Старк.
– Я сообщила, что готова разоблачить его мошенничество и рассказать всему миру, что настоящим автором его книг была моя мать. – Мисс Шарп обводит широким жестом закутки, заполненные рукописями. – Я пригрозила подать на него в суд за каждый пенни, который он заработал на маме… если он не выполнит мои условия.
– Что за условия? – спрашиваю я.
– Единовременная выплата мне гонорара в пять миллионов долларов плюс стопроцентные гонорары за каждую книгу, написанную моей матерью.
– То есть за все его книги, – говорит Старк.
– Да, – отвечает мисс Шарп.
– Как он отреагировал? – интересуюсь я.
– С ледяным спокойствием. Думаю, он понимал, что все раскроется. – Мисс Шарп кладет руки на закрытый макбук. – Он согласился на мои условия. Убедить меня молчать о вкладе моей мамы он и не пытался. Но взамен выдвинул несколько собственных условий.
– И каких же?
– Гримторп настоял на том, что сообщит эту новость сам. Он хотел все проконтролировать.
– Отсюда и пресс-конференция в отеле, – отмечает Старк.
– Да. И он заставил меня подписать контракт, в котором оговаривалось, что, если я допущу какую-либо утечку информации перед мероприятием, наша сделка тут же аннулируется.
– Для вас это означало потерю гонораров, – заключает Старк.
– Нет, потерю того признания, которого заслуживает моя мать, – отбривает ее мисс Шарп. – Вот почему я не могла ответить на ваш вопрос о том, что планировал рассказать мистер Гримторп. Я не хотела нарушать контракт.
Замолчав, Мисс Шарп достает из ящика с папками этот контракт и передает его Старк; та мрачно просматривает документ, а затем кивает.
– А что будет с вами теперь? – спрашиваю я. – Мертвецы ведь не рассказывают сказки.
– Я проконсультировалась с юристом. Как видно, мое положение нельзя назвать выигрышным, – отвечает мисс Шарп. – Если я раскрою правду после смерти Гримторпа – сделка аннулируется.
– То есть вы добьетесь признания для своей матери, но потеряете всю прибыль? – уточняю я.
– Верно, – отвечает мисс Шарп с улыбкой, которой не видно в ее кошачьих глазах.
Детектив Старк встает и принимается расхаживать перед столом.
– Вы его, наверное, так сильно ненавидели, – внезапно произносит она.
