Беррье дважды дернул за шнурки трех разных колокольчиков. Не прошло и минуты, как шесть человек, не похожих друг на друга ни внешним видом, ни возрастом, вошли в кабинет Фейдо.
Вошедшие расположились полукругом. Беррье встал у камина.
— Вам хочется попасть на виселицу? — резко начал Фейдо. — Однако сейчас, когда я с вами говорю, веревка, на которой вас вздернут, может быть, уже свита.
Все шестеро одновременно посмотрели на начальника полиции, потом переглянулись с выражением беспокойства и непонимания.
— Вы скверно выполняете свои обязанности! Вот уже шесть месяцев, как каждый из вас шестерых обещает мне каждое утро предать Петушиного Рыцаря в руки правосудия, а разбойник еще до сих пор на свободе!
Полицейский агент, выступивший вперед, поклонился и сказал:
— Когда мы обещали вашему превосходительству выдать Петушиного Рыцаря, мы думали, что сможем исполнить наши обещания.
— Петушиный Рыцарь — человек, стало быть, его поймать можно. Если Петушиный Рыцарь будет на свободе десятого февраля — вы будете повешены.
Агенты низко поклонились и вышли из кабинета.
— Дайте знать всем нашим людям, чтобы они удвоили бдительность. От успеха этого дела зависит, останемся ли мы все на своих местах, потому что я понял, Беррье, совершенно точно понял, что, если я не захвачу Петушиного Рыцаря в назначенный срок, король лишит меня должности!..
Фейдо сел к столу и стал быстро писать.
— Пошлите этот циркуляр всем инспекторам полиции в Париже, — сказал он, вставая и подавая бумагу Беррье, — тут обещана награда в сто пистолей и место с жалованьем в две тысячи тому, кто выдаст Петушиного Рыцаря. Пусть разошлют это объявление по всем кварталам, по всем улицам.
Беррье покинул кабинет. Фейдо подошел к бюро, вынул оттуда пачку бумаг и быстро просмотрел их.
— Более двухсот замков ограблено менее чем за два года! Семьдесят замков сожжено, из них одиннадцать — герцогских. Сто пятьдесят три человека убиты… а виновник всех этих преступлений остается безнаказанным! Этот Петушиный Рыцарь был трижды арестован: в Лионе, в Суассоне и в Орлеане — и каждый раз спасался бегством, и нельзя было ни объяснить, ни угадать, как он ухитрился скрыться!..
Де Марвиль большими шагами ходил по кабинету.
— Надо поймать этого человека. Король изъявил свою волю. Провал этого дела — моя погибель… погибель безвозвратная, если только мадам д’Эстрад…
Он остановился и глубоко задумался.
— Король находит ее все более и более очаровательной… Место, оставшееся свободным после смерти мадам де Шатору, еще не занято!.. Фаворитка… Какой степени влияния может она достичь благодаря моим советам? И какой высоты смогу достичь я сам?.. Тогда безразлично, схвачу я Петушиного Рыцаря в назначенный срок или нет…
Де Марвиль продолжал размышлять.
— Я должен повидать герцога де Ришелье, — сказал он с видом человека, вдруг принявшего решение.
Беррье вернулся, держа в руке бумагу.
— Вот второй рапорт о грабеже особняка графа де Шароле в прошлую ночь.
— В нем то же, что и в протоколе?
— То же… только с небольшим добавлением.
— Каким именно?
— С письмом, написанным рукой Петушиного Рыцаря и им лично подписанным.
— Письмо при вас?
— Вот оно.
