– Но он должен что-нибудь сделать! Больше некому! Кстати, я забыла вам рассказать про одну странную вещь, которая случилась сегодня утром.
И она рассказала ему про свою встречу с сэром Джеймсом Пилем Эджертоном и его последних словах. Джулиус был заинтригован.
– К чему он, собственно, клонил? – спросил он.
– Точно я не знаю, – задумчиво произнесла Таппенс, – но мне кажется, что он просто хотел меня предостеречь, не называя имен, никого не компрометируя.
– С какой стати?
– Понятия не имею, – призналась Таппенс. – Мне показалось, что он очень добрый и страшно умный. Я даже подумываю о том, чтобы все ему рассказать.
К ее удивлению, Джулиус резко воспротивился.
– Послушайте, – сказал он, – нам законники не нужны. И помочь он нам ничем не может.
– А я думаю, что может, – упрямо возразила Таппенс.
– И напрасно. Ну, пока! Через полчаса я вернусь.
Вернулся Джулиус ровно через тридцать пять минут. Он взял Таппенс за локоть и подвел к окну.
– Вот она.
– Ай! – с благоговейным ужасом воскликнула Таппенс, глядя на гигантскую машину.
– И бегает прилично, можете мне поверить, – самодовольно сообщил Джулиус.
– Но как вы ее купили? – еле выговорила Таппенс.
– Ее как раз должны были доставить какому-то важному чиновнику.
– Ну и что?
– Поехал сразу к нему, – объяснил Джулиус, – и сказал, что машина стоит двадцать тысяч долларов. А потом пообещал ему пятьдесят, если он отступится.
– И что же? – ошалело спросила Таппенс.
– Ну, он и отступился.
Пятница и суббота прошли без происшествий. Таппенс получила короткий ответ от мистера Картера. Он писал, что Молодые Авантюристы взялись за эти поиски на свой страх и риск, что он предупреждал их о возможных опасностях. Если с Томми что-нибудь случилось, он глубоко об этом сожалеет, но помочь ничем не может.
Сомнительное утешение. Без Томми приключение утратило всякую прелесть, и Таппенс впервые усомнилась в успехе. Пока они были вместе, она ни минуты не задумывалась о возможных неудачах. Ну да, она привыкла командовать и гордилась своей сообразительностью, но в действительности очень полагалась на Томми – куда больше, чем отдавала себе в этом отчет. Он такой трезвый и рассудительный. Его здоровый скептицизм и осмотрительность были для нее надежной опорой, лишившись которой Таппенс ощущала себя кораблем без руля и без ветрил. Даже странно, что с Джулиусом, который несомненно был умнее Томми, ей не было так спокойно. Она много раз укоряла Томми за пессимизм, а он просто умел предвидеть трудности, о которых она сама предпочитала не думать. Что и говорить, она привыкла полагаться на его суждения. Он долго все обдумывал, зато редко ошибался.
Таппенс поймала себя на том, что только теперь по-настоящему осознала, в какое опасное дело они по легкомыслию ввязались. Да, поначалу все было как в приключенческом романе, но теперь увлекательные прожекты сменились суровой реальностью. Томми! Сейчас ее интересовал только он. Уже не раз Таппенс решительно смахивала слезы с глаз. «Идиотка! – твердила она себе. – Не хнычь! Ну конечно, он тебе дорог, ты же с ним знакома всю свою жизнь, но нечего распускать из-за этого нюни».
А Борис все не появлялся. И Джулиус напрасно томился в своей новой машине. И мысли Таппенс все чаще возвращались к той странной встрече с именитым адвокатом. Она целиком разделяла сомнения Джулиуса, и тем не менее ей не хотелось расставаться с этой идеей – поискать помощи у сэра Джеймса Пиля Эджертона. Она даже выписала из справочника его адрес. Действительно ли он ее предостерегал? А если да, то что имел в виду? Во всяком случае, его странный намек дает ей право просить у него объяснения. И какие добрые у него были глаза! А вдруг он знает о миссис Вандемейер что-то такое, что выведет ее на Томми?
В любом случае, решила Таппенс, как всегда нетерпеливо передернув плечами, попробовать стоит, и она попробует! В воскресенье она освободится рано – полдня в ее распоряжении. Она встретится с Джулиусом, убедит его, и они вместе отправятся в логово льва.
Убедить Джулиуса оказалось нелегко, но Таппенс проявила твердость. «Во всяком случае, мы ничего не теряем», – твердила она. В конце концов Джулиус сдался, и они поехали по адресу, выписанному ею из «красной книги»[47] – Карлтон-хаус-террас[48]
Дверь открыл величественный дворецкий, и Таппенс немножко оробела. Может, она и в самом деле слишком самонадеянна? На всякий случай она решила не спрашивать, дома ли сэр Джеймс, а выбрать более интимную формулировку.
– Я бы хотела узнать, не уделит ли мне сэр Джеймс несколько минут? У меня для него важное известие.
Дворецкий удалился. Вскоре он вернулся.
– Сэр Джеймс готов вас принять. Вот сюда, пожалуйста.
