Джулиус покачал головой.
– Любопытно, – задумчиво произнес сэр Джеймс. – Вы тогда не упомянули его фамилии, а то я предложил бы вам отправиться к нему за дальнейшими сведениями, снабдив в качестве рекомендации своей карточкой.
– Да-а, надо же было свалять такого дурака, – пробормотал Джулиус с редкой для него самокритичностью. – И как я не подумал про другую фамилию?!
– Вы же свалились с дерева! – вскричала Таппенс. – Любой другой на вашем месте вообще бы больше не встал, а вы «не подумал, не подумал».
– Ну, да теперь это уже не важно, – заметил Джулиус. – У нас на удочке миссис Вандемейер, и этого более чем достаточно.
– Конечно, – бодро отозвалась Таппенс, но в голосе ее уверенности не было.
Они замолчали. Мало-помалу магия ночи начинала обретать над ними власть. То непонятные скрипы мебели, то еле слышный шелест занавесок. В конце концов Таппенс вскочила.
– Я ничего не могу с собой поделать! – воскликнула она. – Мистер Браун где-то здесь! Я это просто чувствую!
– Ну, послушайте, Таппенс, откуда ему тут взяться? Дверь в коридор открыта, и мы сразу бы увидели и услышали любого, кто попытался бы войти в квартиру.
– Все равно. Я чувствую, что он здесь! – Она умоляюще посмотрела на сэра Джеймса.
Тот вполне серьезно ответил:
– При всем уважении к вашим ощущениям, мисс Таппенс (да и мне всякое мерещится, если на то пошло), я вынужден напомнить: это невозможно физически, чтобы кто-нибудь попал сюда без нашего ведома.
Таппенс немного успокоилась и смущенно призналась:
– Ночью почему-то всегда жутко.
– Совершенно верно, – согласился сэр Джеймс. – Мы сейчас похожи на людей, собравшихся на спиритический сеанс[54]. Нам бы сюда еще медиума[55] – результаты могли бы быть потрясающими.
– Вы верите в спиритизм? – Таппенс изумленно вытаращила глаза.
Адвокат пожал плечами.
– Что-то в этом несомненно есть. Однако в большинстве своем все имеющиеся свидетельства не выдерживают никакой критики.
Время тянулось медленно. Когда забрезжил рассвет, сэр Джеймс отдернул занавески, и они увидели то, что лишь немногие лондонцы видят – солнце, медленно восходящее над спящей столицей.
При солнечном свете страхи и фантазии прошлой ночи показались нелепыми. Таппенс воспрянула духом.
– Ура, – воскликнула она, – день обещает быть чудесным, и мы разыщем Томми и Джейн Финн, и все будет замечательно. Я спрошу мистера Картера, нельзя ли мне будет сделаться леди.
В семь Таппенс вызвалась приготовить чай и вернулась с подносом, на котором стояли чайник и четыре чашки.
– А четвертая для кого? – спросил Джулиус.
– Для нашей пленницы, конечно. Я думаю, ее можно так называть?
– Подавать ей чай в постель после вчерашнего – не слишком ли! – проворчал Джулиус.
– Безусловно, слишком. Но оставить ее без чая тоже нельзя. Пожалуй, будет лучше, если вы составите мне компанию. А то вдруг она на меня накинется. Кто знает, в каком она с утра настроении.
Сэр Джеймс и Джулиус подошли вместе с ней к двери спальни.
– А где ключ? Ах да, у меня. – Таппенс вставила ключ в замочную скважину, повернула его и вдруг замерла. – А что, если она все-таки удрала? – прошептала она.
– Ну, уж это дудки! – успокоил ее Джулиус.
Сэр Джеймс промолчал.
Таппенс, набрав в легкие побольше воздуха, вошла и с облегчением вздохнула: миссис Вандемейер все так же лежала на кровати.
– Доброе утро, – весело воскликнула девушка. – Я принесла вам чайку.
Миссис Вандемейер не ответила, и Таппенс, поставив чашку на тумбочку, подошла к окну и подняла шторы. Потом обернулась – миссис Вандемейер лежала все в той же позе. Охваченная страхом, Таппенс бросилась к кровати. Рука, которую она приподняла, была холодна как лед… Было ясно, что миссис Вандемейер никогда уже больше не заговорит.
На крик Таппенс в комнату ворвались Джулиус и сэр Джеймс. Сомнений не было – миссис Вандемейер умерла, и произошло это, видимо, несколько часов назад. Судя по ее виду, смерть наступила во сне.
– Вот уж невезение! – воскликнул в отчаянии Джулиус.
Адвокат был спокойнее, но в глазах его мелькнуло странное выражение.
– Да… если это действительно простое невезение… – сказал он.
– Не думаете же вы… Послушайте, не может же быть… Сюда никто не мог забраться.
– Совершенно верно, – согласился адвокат. – Я и сам не понимаю, как это можно было бы сделать. И тем не менее… Она собирается выдать мистера Брауна и… умирает… Неужели это просто совпадение?
– Да, но как…
– Вот именно, как?! Это мы и должны выяснить. – Он умолк, поглаживая подбородок. – Да, должны выяснить, – повторил он негромко, и Таппенс подумала, что, будь она мистером Брауном, ей бы очень не понравился тон, каким была произнесена эта коротенькая фраза.
Джулиус посмотрел в окно.
– Окно открыто, – сказал он. – Может быть…
Таппенс покачала головой.
– Балкон тянется только до будуара, а там были мы.
– Ну, как-нибудь да забрался… – начал Джулиус, но сэр Джеймс его перебил:
– Мистер Браун не действует так примитивно. Во всяком случае, мы должны вызвать врача, но прежде посмотрим, нет ли здесь чего-нибудь для нас полезного?
