— Ваша рука… как вы…
— Кинжал. — Дунк, нахмурившись, повернулся к помосту. Сегодня он уже дважды избежал смерти. Для большинства, как он знал, этого бы хватило. «А Дунк — дубина, тупой как крепостная стена». Он поднялся на ноги. — Ваше величество. — Крикнул он.
Несколько человек, сидевших поблизости, отложив ложки или прервав разговор, обернулись к нему.
— Ваше величество, — снова и громче позвал Дунк. Он двинулся по мирийскому ковру по направлению к помосту.
— Дэймон.
Теперь тишина повисла в половине зала. За столом почетных гостей к нему с улыбкой повернулся человек, назвавшийся Скрипачом. Дунк отметил, что на пир он нарядился в пурпурную тунику. Этот цвет оттенял цвет его глаз.
— Сир Дункан. Я рад видеть вас с нами. Что вам от меня нужно?
— Справедливости. — Ответил Дунк. — Для Глендона Болла.
Его имя эхом разнеслось по залу, и на полмгновения показалось, что каждый мужчина, женщина и ребенок в зале превратился в камень. Затем лорд Костэйн, грохнув кулаком, воскликнул:
— Он скорее заслуживает смерти, чем справедливости! — Ему вторила дюжина других голосов, а сир Герберт Пэйдж добавил: — Он бастард! А все бастарды воры и даже хуже. В нем говорит его кровь.
На секунду Дунк был на грани отчаяния. «Я здесь один». Но потом на ноги, слегка покачиваясь, поднялся сир Кайл.
— Пусть мальчишка дважды бастард, господа, но он бастард Шаровой молнии. А в остальном, я согласен с сиром Гербертом. В нем говорит кровь.
Дэймон нахмурился:
— Никто на свете не чтит заслуг Шаровой молнии больше меня, — заявил он. — И я не верю, что это самозваный рыцарь его семеня. Он украл яйцо и при этом убил трех добрых солдат.
— Ничего он не крал, и никого не убивал. — настаивал на своем Дунк. — Если кто — то убил троих людей, то поищите их убийцу. Вашему величеству не хуже меня известно, что сир Глендон провел весь день на ристалище, принимая участие в бесконечных схватках.
— Верно, — подтвердил Дэймон. — Меня и самого это удивило. Однако, яйцо было найдено именно среди его вещей.
— Правда? И где же оно? — в ответ с ледяным взором поднялся надменный лорд Гормон Пик:
— В безопасности и под надежной охраной. А какое вам до этого дело, сир?
— Принесите, — ответил Дунк, — я желаю еще раз на него полюбоваться, м’лорд. Прошлой ночью я видел его лишь мельком.
Глаза Пика сузились.
— Ваше величество, — обратился он к Дэймону. — Мне сдается, что этот межевой рыцарь прибыл в Белостенье вместе с сиром Глендоном так же без приглашения. Он может быть с ним заодно.
Дунк не обратил на него внимания.
— Ваше величество, яйцо, которое лорд Пик обнаружил в вещах сира Глендона то же самое, что он ему подбросил. Пусть покажет его, если сможет. Проверьте сами. Бьюсь об заклад, это всего лишь крашенный камень.
В зале тут же воцарился хаос. Разом заговорили сотни человек, а дюжина рыцарей повскакивали на ноги. Дэймон в этот момент был похож на сира Глендона в момент обвинения — столь же юный и растерянный.
— Вы что, пьяны, мой друг?
«Если бы…»
— Я потерял немного крови, — признался Дунк, — но не остатки ума. Сир Глендон был обвинен по ошибке.
— Зачем? — Фыркнув, спросил Дэймон. — Если, как вы настаиваете, Бол ничего не делал, зачем его светлости обвинять его и пытаться уличить при помощи крашенного камня?
— Чтобы убрать его с вашего пути. Его светлость подкупил других противников с помощью золота и обещаний, но Бол не пожелал продаваться.
Скрипач вспыхнул.
— Это неправда.
— Правда. Приведите сира Глендона и спросите сами.
— Так я и поступлю. Лорд Пик, сейчас же доставьте сюда бастарда. И захватите яйцо. Я желаю поближе его рассмотреть.
Гормон Пик с ненавистью посмотрел на Дунка.
— Ваше величество, сопляка сейчас допрашивают. Через пару часов, без сомнения, вы получите его признание.
— Под словом «допрашивают» милорд имеет в виду «пытают», — подсказал Дунк. — Через пару часов сир Глендон признается, что убил отца Вашего величества и обоих братьев.
— Довольно! — Лицо лорда Пика побагровело. — Еще слово, и я отрежу твой язык!
— Вы лжец. — Ответил Дунк. — И это два слова.
— Ты еще пожалеешь об этих словах, — пообещал Пик. — Взять его, заковать в цепи и бросить в темницу.
— Нет. — Голос Дэймона прозвучал опасно тихо. — Я хочу узнать правду. Сандерланд, Вирвел и Смоллвуд, возьмите людей и разыщите в темнице сира Глендона. Приведите его сюда, и удостоверьтесь, чтобы ему не причинили вреда. Если кто — то посмеет вас остановить, передайте ему, что вы забираете его по королевскому приказу.
— Как прикажете, — ответил лорд Вирвел.
— Я поступлю так же, как делал мой отец, — сказал Скрипач. — Сира Глендона обвинили в серьезных преступлениях. Будучи рыцарем он имеет право защищаться силой оружия. Я желаю встретиться с ним на ристалище и позволить богам решать кто прав, кто виноват.
«Чья бы в нем ни текла кровь, шлюхи или героя, теперь ее в нем поубавилось», — подумал Дунк, когда двое людей лорда Вирвела положили обнаженного сира Глендона к ногам Скрипача. Он выглядел маленьким, меньше, чем до того.
