Попытка увенчалась успехом, однако же, успокоения девушке отнюдь не принесла. Напротив — сердце ее, только, было, замедлившее свой ход, вновь заколотилось с бешеной скоростью, и Татьяна, не медля более, резко вскочила на ноги, едва ли не выпрыгивая в коридор и почти бегом бросаясь прочь из него. Ох, не зря он казался ей страшным… Пятно крови на полу возле входа в комнату как нельзя более красноречиво подтверждало эти ее мысли, и самым решительным образом отвращало от дальнейшего исследования этого места.
Хлопнула одна из створок двойных дверей, мелькнули ступени лесенки, ведущий вниз, к родной и знакомой, хотя и немного пыльной, гостиной. Татьяна пулей вылетела из-за запертой прежде двери и, затворив ее, прижалась спиной к пыльной створке, нащупывая сзади торчащий из замка ключ и торопливо поворачивая его. Лишь услышав тихий щелчок, возвещающий о том, что дверь вновь заперта, девушка успокоилась и, оставив ключ в замке, направилась к столу, чтобы, присев на один из стульев, стоящих возле него, окончательно перевести дыхание и привести мысли в норму.
Признаться честно, Татьяна полагала, что стоит лишь ей сесть на старинное сидение, почувствовать себя в знакомом уже помещении, и все тревоги сразу отступят, и страх, сжимающий ее сердце, наконец уйдет… Однако, надеждам сбыться было суждено лишь отчасти. Времени на успокоение девушке понадобилось значительно больше, чем она рассчитывала — прошло не менее минут пяти, а то и семи, прежде, чем сердце ее прекратило бешено колотиться, грудная клетка тяжело вздыматься, и нервы в той или иной мере пришли в порядок. Лишь тогда Татьяна сумела осознать, что в правой руке ее по сию пору зажат пожелтевший от времени, немного пыльный лист бумаги.
Сердце предупреждающе сжалось. На миг девушке подумалось, что, быть может, не стоит читать этой старинной записки, что лучше бросить ее в камин, а после, когда Роман в очередной раз вызовет Анхеля, порадоваться тому, как весело она сгорает во вспыхнувшем пламени… Но руки ее уже развернули клочок бумаги, а глаза, не слушаясь голоса разума, торопливо забегали по строчкам.
— Ах, ты тут… — знакомый голос, послышавшийся от двери, заставил девушку невольно вздрогнуть и, автоматически скомкав записку, зажать ее в руке. В гостиную вошел Эрик и, явственно растерявшись при виде своей гостьи, как-то неловко улыбнулся.
— А я к Роману… А ты уже была в своей комнате?
Татьяна на несколько мгновений зависла. Пребывание в страшном коридоре, в, пожалуй, еще более страшной комнате, о чем ей почему-то совершенно не хотелось рассказывать хозяину замка, начисто вымело из головы девушки все воспоминания о том, что было до этого самого пребывания.
— Э… Да, конечно… — тем не менее не преминула ответить она, однако, понимая, что все равно ничего не помнит, решила все-таки уточнить, — А… Напомни, а что я должна была увидеть там?
— Дождь, — блондин чуть нахмурился, очевидно, удивляясь забывчивости собеседницы, — Ты, кажется, говорила, что спать там нет никакой возможности.
— А! — наконец сообразив, о чем идет речь, Татьяна улыбнулась, — Ну, сейчас-то дождь уже кончился, так что жить местами можно… Хотя на кровати, конечно, болотце. Да и не хотелось бы снова просыпаться от такого душа…
— Я могу помочь передвинуть кровать, — хозяин замка чуть улыбнулся в ответ, и тотчас же пожал плечами, — Если ты подскажешь, как это делать. Я прежде никогда не занимался мелкой работой.
— Подскажу, по мере сил, — девушка хмыкнула и, сильнее сжав в руке листочек, задумчиво воззрилась на собеседника. Помолчала несколько секунд, а затем, неожиданно решившись, предложила:
— Может быть, после этого сходим погулять, пока снова не начался дождь? В лесу сейчас наверняка чудесный воздух, но одна идти туда я уже опасаюсь.
— Конечно, сходим, — Эрик улыбнулся и, кивнув, добавил, — Но сначала комната, да? Я не хочу, чтобы ты ночью утонула в болотце.
Татьяна чуть покачала головой.
— Ты знаешь, ты иногда просто невозможно похож на Романа.
— Наверное, мы с ним родственники, — ухмыльнулся хозяин замка и, мягко взяв поднявшуюся на ноги девушку под руку, повлек ее в сторону ее же комнаты.
Нельзя сказать, чтобы моральное состояние Татьяны после прогулки по открывшемуся ей пыльному коридору, было абсолютно умиротворенным. Совсем наоборот, — даже не взирая на присутствие рядом с ней хозяина замка, который теоретически мог в случае чего оказать ей помощь, девушка нервничала даже больше, чем когда впервые оказалась здесь и узнала, что этот самый хозяин — не человек. Впрочем, как раз тогда-то она и не нервничала… Тем не менее, сейчас Татьяна ощущала себя в значительно большей степени испуганной, чем даже когда лев, тогда представлявшийся просто хищником, облизал ей руку. И, возможно, даже чуть-чуть больше, чем когда она оказалась у него в клетке…
