Слуга удивился. Прежде чем он успел что-нибудь сказать, в холле появился Бретт д'Ар-чанд. Слейд немного знал его. Крупный бизнесмен. Известен своей порядочностью. В обществе его уважали. Он славился также своим дружелюбием, которое напрочь улетучилось при виде Слейда.
- Ищете кого-нибудь? - криво усмехнулся д'Арчанд.
- Я хочу повидать свою жену.
- Если бы вы подписали бумаги днем, вам вообще не пришлось бы приходить.
- Но я пока не подписал, не так ли? Д'Арчанд спросил напрямую:
- Но почему?
- Я не обязан давать объяснения. Где она?
- Позвольте признаться вам, Деланза, что я не знаю, что и думать. Мне кажется, вы могли бы быть очень богатым человеком, если бы работали не на Чарльза, а на себя. Но вас такая возможность не интересовала. На моей же племяннице вы женились по расчету. Я никогда не считал вас ловцом богатых невест.
- Как я уже сказал, я не собираюсь ничего пояснять. Не нужно прелюдий. У меня есть все права поговорить с Региной. Я думаю, вы должны позвать ее непременно.
- Вы смеете угрожать мне в моем собственном доме?! - в голосе Бретта слышалось негодование.
- Вы не оставляете мне выбора.
- Убирайтесь! Пока вас не вышвырнули вон!
- Я вижу, что у меня нет выбора. К сожалению.
Слейд сделал шаг вперед. Да он обыщет весь дом, но переговорит с ней сегодня!
Бретт встал на его пути.
- Прекратите! - раздался голос Регины, появившейся на лестнице. Мужчины замерли. Регина, запыхавшись, сбежала вниз.
- Все в порядке, Бретт. Если Слейд хочет поговорить со мной, я приму его.
Ее взгляд скрестился со взглядом Слейда. Она была бледна.
- Мы не закончили беседу сегодня днем. Бретт отпустил локоть Слейда.
- Но вы не увезете ее из моего дома! - предупредил он.
- Я не собираюсь и не собирался этого делать, - Слейд не сводил с Регины глаз.
Бретт вздохнул с некоторым облегчением, глядя на них:
- Отлично. Тогда я оставляю вас вдвоем. Но ни Регина, ни Слейд скорее всего не расслышали его слов. Нахмурившись, Бретт удалился.
Регина облизнула пересохшие губы.
- Почему бы нам не присесть? - она указала на небольшой салон, соединенный с холлом.
Слейд угрюмо последовал за ней. Трудно было поверить, что эта женщина - обманщица, что она - не леди. Идеал женственности! Красота, элегантность, сдержанность. Все! Ее ясный взгляд, благородные манеры, изысканная одежда, грация, жесты! Трудно было подозревать это воплощение женственности в предательстве…
Однако он пришел сюда не восхищаться, а задавать вопросы. Слейд закрыл за собой дверь.
- Что вы делаете? - нервно спросила Регина.
Он посмотрел ей прямо в лицо:
- Я хочу поговорить с тобой наедине. Вся дрожа, Регина кивнула. Он присел на нежно-голубую софу, сложил руки на коленях. Слейду показалось, что она не просто волнуется - она боится. Боится его. Она так нервничает, что не предложила ему ни выпить, ни сесть. Хотя это ее упущение мало что меняет.
Слейд искренне сожалел, что в неистовстве перевернул стол в своем офисе, наверняка она слышала грохот. Но ему совершенно не хочется, чтобы она испытывала страх перед ним.
- Почему ты солгала? - его лицо перекосилось. - Регина! Мне до сих пор трудно называть тебя этим именем. Почему?
Она ничего не ответила, он увидел только, как побелели костяшки ее пальцев. Слейд подошел, сел рядом. Регина отодвинулась. Широко раскрытые глаза излучали свет.
- Ты должна мне ответить, - потребовал Слейд.
Регина потупила взор.
- Вы спасли меня. Помните? Я испытывала б-благодарность.
- Значит, ты лгала из чувства благодарности?
Она сжала губы, покачала головой:
- Когда я ничего не помнила, я восхищалась вами. Думала, что восхищаюсь.
Он молчал. Только слышал, как бьется его сердце.
- Это была иллюзия?
Она попыталась проглотить застрявший в горле комок.
- Это была иллюзия? - переспросил Слейд.
- Да нет! То есть хотела сказать - да!
- Ответьте более определенно.
- Хорошо, черт возьми! - выкрикнула Регина, у которой явно сдали нервы. - Это было и то, и другое. Вы удовлетворены?
- Вы были благодарны мне. Я нравился вам, - в его голосе больше не было боли, тон походил на шепот.
На глаза Регины навернулись слезы:
- Я была благодарна! Вы нравились мне!
- А потом вы вспомнили, что вы не Элизабет Синклер?
- Что это меняет?
- И я продолжал вам нравиться? Она встала, нервно заходила по комнате, не собираясь отвечать.
- Признайтесь! - в голосе Слейда зазвучали требовательные ноты.
Итак, он нравился ей. Даже обретя память, она не утратила чувства симпатии к нему. И готова была выйти за него замуж.
Когда его одолевал гнев, Слейд был не в состоянии это понять.
- Я ошибалась! - она выкрикнула это, глядя прямо ему в глаза.
Он встал и сказал, не отводя от нее взгляда:
- Другими словами, - тон его утратил уверенность, - зная, кто вы, вы были готовы стать моей женой?
Она передернула плечами:
- Это было чувство благодарности. И признательности, как я уже говорила. Признательность - это не любовь. Симпатия - это тоже не любовь.
- Да. Признательность - это не любовь, - он опустил ее фразу о симпатии.
Она отвернулась, стараясь не разрыдаться.
- Какая разница? Стоит ли обсуждать мою наивность? Я хочу обсудить только наш развод.
