Как легко вспоминалась их брачная ночь! Слейд замер от напряжения. Нестерпимое чувственное желание обладать ею вновь охватило его. Теперь, когда он не ощущал больше виды перед Джеймсом, желание даже стало острее. Это не лучший довод, чтобы сохранить их брак, но он не единственный человек на земле, кто слушается прежде своего тела, а не разума.
Слейду нелегко было отогнать от себя мысли о сексе.
Она сказала, что будет бороться, чтобы получить развод. Он совершит непростительную глупость, если сцепится с ее отцом и всеми влиятельными родственниками. Однако он не привык избегать сражений, если ему бросают вызов. Он - Деланза, он будет биться до победы. Но… Сама мысль о противостоянии ее семьи привела его в ужас. И не из-за возможных последствий.
Слишком взволнованный, чтобы заниматься делами, он начал собирать разбросанные бумаги, стараясь обрести спокойствие. Слейд вспомнил о Мирамаре. Она нужна там. Точнее, ее деньги. Теперь, когда раскрылся обман, он смог бы использовать ее деньги без угрызений совести. Конечно, если начнется суд, получить приданое будет непросто. Слейд давно занимается бизнесом и знает, что стоит упомянуть ее имя, и банк отнесет срок платежей до тех пор, пока он не выяснит отношения с женой. Но не исключено, что семья будет бороться с ним не на жизнь, а на смерть, и даже ее имя не сможет дать время для спасения Мирамара.
Раздался короткий, знакомый стук в дверь. А вот и возможность отвлечься от жгучих проблем. Слейд повернулся, чтобы поприветствовать своего босса, наставника и друга. Чарльз помедлил, не решаясь войти без разрешения. Таков давно заведенный ритуал. Чарльз знал, что стучать - нет необходимости.
- Уже поздно, - стальные глаза были внимательны.
Слейд передернул плечами, зная, что визит не имеет отношения к делам.
- Я что-то закопался в бумагах.
- Понятно, - Чарльз улыбнулся. - Никогда не смог понять, как ты умудряешься потом что-нибудь найти на этом столе.
После того, как стол перевернут, а потом поставлен на место, беспорядок был почище обычного.
- По крайней мере, я веду записи.
- А я все записываю вот здесь, - Чарльз приподнял свою темную шляпу. - Эта твоя разновидность беспорядка свидетельство глубины ума.
Слейд покраснел от шутливого комплимента.
- Не преувеличивайте.
- Ты сам знаешь, что я не преувеличиваю. Разве только в разговорах по поводу займов. Ты - замечательный. Что бы я делал без тебя?
- Я никуда не собираюсь уходить, Чарльз.
- Хорошо. А я подумал, что ты, возможно, захочешь вернуться в Мирамар. Особенно теперь, когда ты женился.
Слейд сделал приглашающий жест, указав на кресло.
- Итак, мы подошли к сути дела. Чарльз не стал садиться. Он слегка похлопал Слейда по плечу.
- Давай, пропустим по стаканчику в Отеле Палас.
- А почему не в Гранд Манн? - в голосе Слейда была легкая усмешка.
- Мне хочется отдохнуть. А что еще важнее, я хочу, чтобы ты тоже отдохнул. Палас - ближе.
Слейд мог бы отказаться. Он собирался работать допоздна, чтобы не думать о Регине, но эффективность его усилий сегодня равна нулю. Он глянул на Чарльза - как сейчас нужно с кем-нибудь поговорить!
Главный зал Отеля Палас представлял собой крытый портик высотой этажей в семь. Крыша была стеклянной. На верандах щебетали посетители, поглядывая вниз. Элита Сан-Франциско нередко заканчивала день здесь, чтобы выпить стакан сока или чего-нибудь покрепче. Самых влиятельных людей города можно было встретить здесь в любое время. Здесь заключались сделки, велись деловые переговоры.
Жены бизнесменов тоже заглядывали сюда, особенно в дневные часы. Стало модно заниматься милосердием, и если женщины приходят сюда не посплетничать, то, вполне вероятно, затем, чтобы обсудить, как увеличить тот или иной благотворительный фонд. Молодой издатель Вильям Рэндолеф Херст нередко присылал в Палас кого-нибудь из газетчиков, а иногда даже приходил сам - с надеждой раздобыть какую-нибудь скандальную новость до того, как она станет всеобщим достоянием.
Слейд и Чарльз быстро шли через холл. Их многие узнавали, кивали в знак приветствия. Восточные ковры скрадывали стук каблуков по мраморному полу, множество растений в горшках, раскидистые пальмы дополняли интерьер огромного зала. Выбрав столик в углу в отдалении от пианиста, мужчины заказали бургундское со льдом.
- Итак, кто она? - спросил Чарльз.
- Регина Брэгг Шелтон.
Слейд сделал ударение на средней части ее имени. Произнеси он «Рокфеллер» или «Астор», вряд ли он удивил бы Чарльза больше.
- Боже мой, Слейд! Почему же ты скрывал этот брак?
- Это был формальный брак. Если бы дело обстояло по-другому, я не уехал бы из Мирамара.
- Мне трудно поверить, что ты оставил молодую жену там…
Слейд наклонился к Чарльзу, когда негр в белом костюме принес напитки.
- Я женился на ней из-за денег, Чарльз, только из-за денег. Чарльз был поражен.
- Не может быть! Никогда не поверю! Это - не в твоем характере. Тебе же наплевать на деньги!
Слейд рассказал Чарльзу о положении Мирамара, об амнезии Регины, о том, что ее приняли за Элизабет Синклер, невесту Джеймса…
