А Николай Михайлович Карамзин, написавший на основе фальсифицированных «летописных сводов» 12-томную «Историю государства Российского» даже не скрывал, что внес в эти материалы (уже фальсифицированные! ) еще и от себя весомый «примес лжи».
Вот так и пошла после 1790 года гулять по свету одиозная басня о том, что финны России, балто-сарматы Украины и западные балты Литвы-Беларуси — это «восточные славяне», да еще и «русичи», да еще и «выходцы изначально с территории России».
В дальнейшем россияне настолько уверовали в это измышление, что даже современные научные его опровержения абсолютно не воспринимают. Российская интеллигенция продолжает жить верой в басню о «братстве и общем происхождении» своего финско-татарского народа с народами западных балтов (беларусов) и днепровских балто-сарматов (украинцев). А православная церковь Москвы всячески поддерживает ее. Именно эта выдумка питает имперское сознание россиян, дает им «право» (по их собственному мнению) называть исконные территорию других народов «российскими землями». Этот миф — один из главных в менталитете современных россиян.
Кем же являются этнически нынешние русские? Этот вопрос поставила недавно Российская академия наук (РАН) — и получила четкий ответ. Российский журнал «Власть» (приложение к изданию «Коммерсантъ») опубликовал статью Дарьи Лаане и Сергея Петухова «Лицо русской национальности» (№ 38, сентябрь 2005 г., с. 54—60), в которой сообщается:
«Российские ученые завершили и готовят к публикации первое масштабное исследование генофонда русского народа. Обнародование результатов может иметь непредсказуемые последствия для России и мирового порядка»[13].
Оказывается, в 2000 году Российский фонд фундаментальных исследований выделил грант ученым из лаборатории популяционной генетики человека Медико-генетического центра Российской академии медицинских наук. Ученые смогли несколько лет полностью посвятить изучению генофонда русского народа.
Журнал «Власть» привел некоторые полученные ими данные. Удалось установить, что русские — это не «восточные славяне», а финны. По Y-хромосоме генетическое расстояние между русскими и финнами Финляндии составляет всего 30 условных единиц (близкое родство). А генетическое расстояние между русскими и так называемыми финно-угорскими народностями (марийцами, вепсами, мордвой и пр. ), проживающими на территории России, равно 2—3 единицам. То есть генетически они идентичны.
Результаты анализа митохондриальной ДНК показали, что еще одна ближайшая родня русских, кроме финнов Финляндии, — это татары: русские от татар находятся на том же генетическом расстоянии в 30 условных единиц, которые отделяют их от финнов.
Одновременно анализ генофонда беларусов показал, что они генетически весьма далеки от русских, но идентичны северо-восточным полякам — то есть мазурам Мазовы. Иными словами, изучение генофонда лишь подтвердило выводы историков: беларусы — это западные балты, а русские — это финны.
Руководитель исследования Е. В. Балановская отметила:
/Пришлось/ «рассмотреть данные многих систем — антропологии (соматологии, дерматоглифики, одонтологии), классической генетики (группы крови, белки крови), тысяч фамилий, данные по разным системам ДНК маркеров (аутосомных, Y-хромосомы, митохондриальной ДНК).
… Мы собрали воедино два огромных массива информации о русском народе, накопленные за многие десятилетия антропологией и генетикой. Мы провели два новых исследования — ДНК и фамилий. И придумали способ, как сравнить эти четыре столь разных системы признаков — антропологии, классической генетики, молекулярной генетики, фамилий. Мы строили компьютерные геногеографические карты для каждого признака. Например, для антропологии — карту роста бороды; для классической генетики — карты встречаемости генов групп крови; для молекулярной генетики — карту гена устойчивости к СПИДу; для фамилий — карту встречаемости Ивановых во всех частях русского ареала. Четыре столь разных системы, и в каждой — много признаков. Для каждого создана карта. А затем получили «обобщенные» карты для каждой системы признаков. И после этого впервые могли сравнить все данные о русском генофонде.
… Наше «открытие» в том, что совершенно разные науки и признаки — антропология, генетика, фамилии — полностью согласны друг с другом и, дополняя друг друга, рисуют общий портрет русского генофонда.
Причем русский генофонд здесь, к счастью, не одинок. Еще до изучения русского генофонда мы сделали аналогичный набросок портрета генофонда народов Восточной Европы, включая в него и народы «ближнего зарубежья» (от Черного моря до Балтики), и Кавказа, и Приуралья. И обнаружили вновь единогласие свидетелей! Хотя портрет генофонда народов Восточной Европы оказался совершенно иным — волны генофонда следовали в Восточной Европе не по оси «север — юг», как в русском генофонде, а по оси «запад — восток».
