— Если бы я оделась девушкой — и не просто какой-то селянкой, а благородной дамой — и через британскую армию меня бы провел кто-нибудь из своих… и если бы мне повезло встретить на той стороне какого-нибудь достойного французского офицера… да, думаю, тогда бы все удалось. Для женщины такая задача даже безопаснее, чем для мальчика. Мальчишку любой пикет остановит — и пристрелит не задумываясь. Кроме того, женщине куда легче получить доступ к генералу. Я даже знаю уже, как разыгрывать эту роль. — Похоже, она уже забыла про присутствующих и просто говорила вслух, прикидывая сама для себя, как ей следует поступить. — Как мадам Монсегар. Да, я бы скопировала мадам Монсегар. — Внезапно, словно бы очнувшись, она вскинула глаза на мистера Эрскина. — Но как мне убедить французов отнестись к моим словам серьезно? Как внушить им, что я и правда располагаю важной информацией?
— Мы придумали правдоподобную причину, как вы попали на борт «Бесстрашного», — промолвил мистер Эрскин. — Последний раз вас видели на балу в Бордо, в присутствии самой императрицы, где вы произвели настоящий фурор сначала своим неожиданным появлением, а потом драматическим исчезновением. Должно быть, все там гадали, что же с вами сталось и где вы с тех пор пропадали. Я бы предположил, моя дорогая, что, бежав с бала, вы волею злой судьбы попали в лапы шайке разбойников и контрабандистов (которых, как мы отлично знаем, в Бордо пруд пруди). Они надеялись через некоторое время потребовать за вас богатый выкуп. Однако, по счастью, суденышко, на котором вы томились в заточении, было захвачено английским военным кораблем, «Бесстрашным». Представители флота Его величества обходились с вами в высшей степени достойно и учтиво, ибо мы не воюем с женщинами, пусть даже и гражданками враждебного нам государства. Вот так и вышло, что, гостя на борту «Бесстрашного», вы случайно услышали беседу, не предназначенную для ваших ушей, и узнали из нее, что «Бесстрашный» скоро должен отправляться в Индию, конвоировать суда с каким-то очень богатым грузом. Во время суматохи и хаоса в порту Коруньи вы воспользовались случаем бежать с «Бесстрашного» и, всей душой желая вернуться во Францию, кое-как пробрались через ряды британских солдат. Вы понимаете, что невзначай стали обладательницей крайне важной информации, а потому честь велит вам немедленно сообщить тайну французским властям.
— О да! — просияла Кит. — Превосходная история. Да, такое я запросто расскажу.
— Вы понимаете, Катрин, — мягко продолжил мистер Эрскин, — что, покинув нас и прорвавшись через позиции английских солдат во французскую армию, вы уже не сможете вернуться на «Бесстрашный»? Вам придется довести роль до конца и вернуться домой в Бордо.
Катрин бросила быстрый взгляд на Джона, но тут же отвернулась.
— Именно этого я и хочу, — отозвалась она. — Вернуться домой.
— Чудесно. Великолепно. Молодец, — снова подал голос капитан Баннерман. — Тогда ступайте. Можете считать, что вы из флота уволены. Признаться, кто-кто, а я этому рад. Крайне неуставные обстоятельства, но мы смогли выйти из всей этой истории с честью, без всяких там скандалов и истерик. Женщины на корабле… хм! Всё, умолкаю. Мистер Эрскин, прошу вас, распорядитесь насчет эвакуации орудий…
— Прошу прощения, сэр, — прервала его Кит.
— Да, девочка? Что еще?
— Правильно ли я поняла, что Джон Барр будет сопровождать меня, сэр, через английские позиции? Пока я не окажусь в виду французской армии?
Капитан поднял густые брови.
— Ну разумеется. А зачем же еще он здесь? Мистер Барр проводит вас за позиции британской армии, после чего вернется обратно на корабль. Дальше вы уж сама как-нибудь.
— Сэр, но я должен провожать ее всю дорогу, — возмутился Джон. — Я не могу отправить ее одну-одинешеньку в самую гущу солдат! Давайте я снова притворюсь ее лакеем, слугой. Тогда я сумею ее защитить, если…
— Подумай сам, Джон. Подумай, — перебил его мистер Эрскин. Щека со шрамами у него судорожно подергивалась. — Мадемуазель де Жалиньяк будет куда в меньшей опасности, если поедет одна. Твое присутствие мгновенно возбудит подозрения. Молодой человек с типичным моряцким загаром, да еще и говорит только по-английски — да ты сразу же испортишь всю игру. В тебе с первого взгляда узнают моряка, притом английского.
Джон пристально поглядел на первого помощника.
— Наверное, вы правы, — убито произнес он после долгой паузы.
— Прав? Боже ты мой, ну конечно, он прав! — раздраженно рявкнул капитан Баннерман. — Черт побери вашу дерзость. «Наверное», старший офицер прав, подумать только — «наверное»! В жизни ничего подобного не слыхивал! А теперь проваливайте, вы, оба, и… и да увенчается ваша миссия успехом.
Мистер Эрскин вывел Кит и Джона из каюты. Он улыбнулся Кит и, к великому удивлению девочки, вдруг взял ее руку и поцеловал.
