– При строительстве Белого Дома баронесса нанимала десятки мастеров. Среди них были три брата по фамилии Шварц – два каменщика и плотник. Когда работы в замке кончились, баронесса отослала всех строителей, вручив каждому кроме жалованья очень хороший подарок. А потом вдруг вспомнила, что надо что-то подправить, какую-то безделицу – не помню какую, – и попросила трех братьев остаться. Те ничуть не огорчились, а, напротив, обрадовались, ведь у них оказалось больше работы, чем они ожидали. Они рассчитывали управиться за несколько дней, а задержались на несколько недель, без сомнения, возбудив зависть в других мастерах. А потом братья Шварц нопросту исчезли, и исчезли так внезапно и таинственно, что нельзя было сомневаться в их убийстве. Баронесса, уже переселившаяся в свое новое жилище, была жестоко огорчена, узнав о печальном обстоятельстве, и начала действовать с такой энергией и быстротой, какой можно было от нее ожидать. Она предложила большую награду тому, кто укажет на следы, которые помогут выяснить, что случилось с тремя братьями, затем оказала великодушную помощь осиротевшим семействам.
– А узнали наконец их участь? – заинтересовался Эрнест Кольмар.
– Никогда. Некоторых их товарищей задержали по обвинению в убийстве, но ни самые строгие поиски, ни самые подробные исследования не представили против них ни малейшего доказательства. Поэтому их освободили, и баронесса с щедростью, отличающей ее, с лихвой вознаградила арестантов за время, проведенное в тюрьме.
– Однако, – заметил Кольмар, – наверное, все думали, что подозреваемые действительно убили трех братьев из зависти?
– Я помню, что тогда ходило множество противоречивых мнений, – вздохнул Тремплин. – Некоторые склонялись обвинять бедолаг, хотя их уже оправдали, и осуждали баронессу за то, что она была щедра к подозрительным людям. Другие твердили, что три брата, возможно, вовсе не убиты, а, найдя в замке клад или что-нибудь подобное, захватили его и убежали. Помню и совсем невероятные слухи: якобы трех братьев Шварц видели и узнали на следующую ночь после их таинственного исчезновения: их везли несколько замаскированных всадников за несколько миль от Праги… Говорили еще, что их встретили во второй раз, по-прежнему пленниками верхового, лицо которого скрывала черная маска… Судачат, будто это произошло возле замка Альтендорф, в трех днях пути отсюда.
– Замка Альтендорф! – вскричал Кольмар.
– Ш-ш! Не надо так громко… Умоляю вас! – встревожился хозяин.
– Чего вы боитесь? – не понял рыцарь.
– Только того, что барон Альтендорф находится теперь в моей гостинице и занимает комнату наверху.
– А! В таком случае, письмо, адресованное барону, будет доставлено ему немедленно, – обрадовался Кольмар. – Только чуть погодя. Итак, вы говорили, что ходило много слухов об исчезновении братьев Шварц. Вы поверили тому, что их увезли замаскированные всадники?
– На такую глупость не обратили большого внимания, – пожал плечами Тремплин. – Тем более что неясно было, кто их распустил. Лично я признаюсь, что понятия не имею, о чем и думать. Все-таки двенадцать лет прошло и…
– Ваши впечатления стали смутными и сбивчивыми, – добавил рыцарь. – Вы, кажется, заявили, что не обнаружили никаких следов исчезновения братьев?
– Ни единого, – подтвердил хозяин гостиницы.
– Действительно таинственное происшествие, – заметил Кольмар – А теперь, мой достойный хозяин, – прибавил он, – позвольте задать вам несколько вопросов совсем о другом.
– Если это в моих силах, я буду рад угодить вам, – поклонился хозяин «Золотого Сокола».
– Ответьте же, что жители Праги думают о положении своей столицы и провинций? – начал рыцарь.
– Давайте сперва поговорим о столице, – предложил Тремплин. – Несколько недель назад Жижка и его проклятые табориты стояли под стенами Праги. Но, узнав, что в южных провинциях нарастает возмущение, Жижка отправился туда со всем своим войском. Судачат, что теперь он не только усмирил эти провинции, но и завербовал там множество новобранцев. Где он теперь и каковы его намерения, – продолжал Тремплин, – не могу сказать. Но когда он отошел от Праги, десятки могущественных вельмож воротились в город, собрав силы для его защиты. Они решили созвать собрание и попросили соседние государства прислать своих представителей. Странное дело, Жижка не сопротивлялся этому плану, хотя наверняка он придуман из ненависти к нему, и пока одни смотрят на его бездействие как на признак слабости, другие боятся, что он внезапно ударит по городу, как гром среди ясного неба.
– А каково ваше мнение, Тремплин? – спросил рыцарь.
– Я держусь мнения последних, – ответил трактирщик. – Потому что я знаю, что Жижка не трус и не станет колебаться, выбирая дорогу. Все его поступки объяснимы, и его бездействие, очевидно, порождено досадой. Словом, рыцарь, – прибавил Тремплин, понизив голос, – я опасаюсь, что Жижка позволяет дворянам собраться только для того, чтоб всех их захватить разом.
– Это вполне вероятно! – воскликнул Кольмар, припомнивший свой давешний разговор с начальником таборитов.
