– Друзья мои, – вкрадчиво пропела она. – Что с вами происходит? Почему вы так отдалились от меня, беспрестанно секретничаете о чем-то? Давайте поговорим начистоту, выясним наши отношения и устраним недоразумения.
Но «друзья» окончательно уверились в коварстве и жестокости своей «благодетельницы» и с лицемерными улыбками стали заверять целительницу, что все в порядке и поводов для ее беспокойства не имеется. Сибилла, конечно, не поверила им, ее охватило беспокойство, и она еще больше стала торопить Ахмеда, чтобы он скорее провел ритуал и оживил ее сына. Ахмед в свою очередь дергал Саида и требовал скорее закончить работу, что друзей Сибиллы сильно нервировало.
А вскоре в отель нагрянула местная полиция. Ахмед тотчас предупредил друзей Сибиллы, чтобы они не вздумали жаловаться полицейским.
– Это свои люди, – многозначительно усмехнулся он, кивнув на полицейских. – Если рот откроете, засадят в тюрьму, да так запрячут, что о вас никто ничего не узнает, сгниете у них в застенках. Так что держите язык за зубами, и все будет в порядке.
Полицейские с пристрастием допросили Ахмеда и всех его сотрудников и, тыча пальцем в русских туристов, начали о чем-то расспрашивать Ахмеда. Моментально вспотевший жрец Амона начал исполнять роль переводчика. Он спрашивал у своих постояльцев, не выходили ли они за ворота отеля, и получив отрицательный ответ, перевел его полицейским. Поскучнев, полицейские просверлили злыми, разочарованными взглядами постояльцев. Проверили у них документы, на всякий случай сфотографировали туристов и удалились.
– Это по поводу женского трупа приходили, – шепнула Эльза Диане.
– Я догадалась, – кивнула Диана.
– Хорошо, что они нас сфотографировали, – ликовала Эльза, – это хоть как-то будет сдерживать наших уродов!
– Ты в этом уверена? – скептически хмыкнула Диана. – А я – нет. Ахмед наверняка правду сказал о хороших отношениях с полицейскими, и в любом случае полиция поверит ему, а не нам, они свои. Так что надейся только на себя.
Несколько дней друзья Сибиллы слонялись по территории отеля и строили планы своего освобождения из лап свихнувшейся целительницы и ее дружка, мошенника Ахмеда.
Но вот накануне вечером Ахмед объявил, что утром состоится выезд в пещеру.
Диана прихватила с собой мобильник, на тот случай, если вдруг в дороге удастся дозвониться Арнольду.
Хмурый Саид занял свое место рядом с водителем, и они тронулись в путь.
Время от времени Диана набирала номер Арнольда, но на экране упорно высвечивалось – связи нет.
– Странно, – бормотала Диана. – Почему нет сети, никакой? – Ее спутники молча хмурились и тревожно переглядывались. Им очень не нравилась изоляция от внешнего мира, но жаловаться было некому.
Диана с Матвеем договорились отлучиться в тайник и наконец осмотреть его. Но в этот раз они решили действовать осмотрительнее и не притащить за собой хвоста.
После нахлобучки Ахмеда Саид, чтобы скорее завершить работу, разделил работников на две группы.
Наиболее физически крепкие Лука, Семен и Марецкий под руководством Саида пошли расчищать ход к новой гробнице, а остальные продолжили выгребать щебенку на старом месте.
Сделав вид, что последовали за Саидом, Диана с Матвеем сбежали в зал с жуком-скарабеем. Матвей на всякий случай прихватил с собой рюкзак. Теперь-то они постараются как следует рассмотреть тайник.
Когда они спустились вниз, у Дианы вновь зашлось сердце от удивительной красоты. В зеленоватом свете теснились искусно изваянные статуи. Фантастически прекрасные фрески на стенах с описанием жизни богов и фараонов сияли яркими солнечными красками и казались только что написанными.
Застыв от восхищения, Диана воскликнула:
– Не верится, что все это создано людьми несколько тысячелетий назад, насколько же были развиты древние египтяне! Какие они замечательные художники, скульпторы…
Писатель усмехнулся.
– Это верно, но они не только в искусстве преуспели, но и в земледелии, в архитектуре, в астрономии, в науках разных, в медицине, в управлении страной, экономике и во многом другом…
– Могу себе представить, – взглянула она на светильник-птицу. – Вечные источники освещения… Одни рисунки да скульптуры уже говорят о высоком интеллекте древних египтян. А письменность…
– У человека для этого было предостаточно времени, – хохотнул Матвей. – Первым рисункам на земле семьдесят с лишним тысяч лет…
– Ого! – изумилась она, фотографируя светильники на мобильник. Затем перекинулась на рисунки и скульптуры.
– Матвей, а вы можете прочесть иероглифы?
– Честно говоря, в египетской письменности я не очень силен. Знаю немного слов, принцип, как читаются иероглифы, и по наитию могу понять, о чем идет речь. Так что ты правильно делаешь, что снимаешь рисунки и надписи, потом в Москве попросим египтолога перевести то, что я не смогу.
– При условии, если мы вернемся, – горько усмехнулась Диана.
– Обязательно вернемся, – решительно отрезал Матвей. – Иначе и быть не может.
В тусклом свете худощавый профиль Матвея показался Диане мужественным и даже красивым. Она смутилась и охрипшим голосом пробормотала:
– Надеюсь…
