Я взлохматила волосы и, глядя на Елрех, решила довести беседу до конца и поставить жирную точку — не поможет сейчас эта смешная терапия, значит, никогда больше не буду повторять изматывающую исповедь:
— Не так давно он спросил о Жене, и, знаешь, я растерялась. Женя был хорошим! Очень хорошим, — пожала плечом. — С ним было так просто, так легко, а с Кейелом… Даже с Волтуаром было проще! Я врала Волтуару, стыдилась, а это оказалось такой ерундой. Сейчас же я каждый день вру Кейелу, и это… Мне трудно! Страшно! И, — сердце заныло, но я договорила, надеясь, просто испытать облегчение, поверить своим же словам. Глупая вера в самообман: — знаешь, быстрее бы все это закончилось! Дойти до конца, а потом забыть его. Забыть, и никогда не вспоминать!
— Асфирель, — ласково улыбнулась Елрех, — ты…
Она вздрогнула, побледнела, глядя мне за спину. Меня оглушило, мир закружился. Только не это… Пожалуйста. Я обернулась и пошатнулась. Жар опалил лицо, кровь ударила в голову и сразу схлынула, оставляя ледяной холод. Кейел медленно занес ногу для очередного шага, но не спешил поставить на землю. Носком сапога обводил невидимый круг. Смотрел на него, его губы дрожали, отчего ухмылка искривлялась еще сильнее. Кивнул будто своим мыслям, тихо рассмеялся, а затем посмотрел на меня.
Казалось, сердце медленно разрывается на куски.
Кейел.
Вдохни! Духи Фадрагоса, вдохни!
Будто ударили в грудь. Выбили воздух.
Выдох захватил грудь в тиски. Сжал, а в ней будто камень застрял. Давит на оскверненное сердце.
Ключ к благополучию и богатствам.
Правда.
Вдохнул. Наконец-то.
Но боль не исчезла. Жжется.
Кивнул. Все так и не так одновременно. Сложно. Смешно. Когда я стал все усложнять? Когда позволил ей поселить скверну в разум. Она отравила эмоциями. Отравила.
Использовала.
Тебе страшно, Ас-фи-рель? Страшно. Ты сама призналась. Только что во всем призналась. Поэтому такая бледная? Дрожишь. Молчишь…
Сжал кулаки, отвернулся. Хочется выбить из нее другие слова. Услышать, что все обман. Что она любит меня, но сейчас соврала. И тогда соврала… Снова? Когда?
Я ухватился за голову. Кружится. Вот-вот взорвется. В глазах потемнело, давит на них.
Тошнит.
Алурей, подари мне осколок изо льда. Зачем ты отнял его? А был ли он?
— Кейел, давай поговорим, — попросила тварь.
— Закрой рот!
Повернулся к ней, и она отшатнулась к обрыву. Оступилась. Я дернулся, стараясь ухватить за руку. Упадет! Страх окатил ознобом, ослабил ноги. Ветер ударил, отдалил от нее. Фангра удержала ее, притянула к себе и обняла.
Что происходит?
Боюсь за нее. Боюсь, что мразь ушибется. Как глубоко и крепко скверна пустила корни?
— Прямо сейчас отправляемся дальше, — озвучил планы, разглядывая лживую шлюху. Какая же она трусливая. Еще немного и разрыдается от страха. Жалкая, слабая… Как я этого не замечал? Приблизился, но оставил между нами больше метра. Не хватало еще убить ее. Столько времени и сил будет потрачено впустую. — Я же с самого начала предлагал тебе взаимовыгодные отношения. Я уважаю практичность и пошел бы на сделку.
— Ты столкнул ее в реку Истины! Ты первый начал, — вскинула подбородок фангра. Ну хоть у кого-то из этих двоих смелость и достоинство имеется.
