Я вздрогнула от боли и цыкнула, перебивая высказывание, — передавила острие кинжала и заработала порез на ладони. Поморщившись, перехватила свободной рукой кинжал за рукоять. Спрятала в ножны, вздернула подбородок, рассматривая смазливое лицо, и со злостью произнесла:
— Роми, я лживая мразь! Вот даже отрицать этого не буду. Давай, на этом и закончим.
Отобрала жизнь? Вольные сами ее себе укорачивают! Как бабочки стремятся во имя веры на обжигающий свет. Фанатики чокнутые! И исходя из такой логики: а не обрек ли Кейел меня на мрачное будущее, зная, что рано или поздно умрет, а я останусь одна? Передернула плечами. Я тоже оставлю его одного сражаться против целого мира…
У Ромиара в глазах вспыхнул азарт. Распрощавшись со скукой, он блеснул зубами и заявил:
— Всегда это знал.
— Мог бы меня предупредить, — бросил Кейел, проходя мимо. — Я ведь до последнего сомневался.
Ветер хлестнул по щеке, швырнув колкий снег, и я отвернулась от Роми, наталкиваясь взглядом на спину Кейела. Заметил меня только тогда, когда появился повод зацепить и в очередной раз укорить? Скривилась, ощущая, как скопившаяся усталость выливается в раздражение. Рана щипала, дергала, кровь щекотала ладонь и капала на снег. Я вдохнула глубоко и поинтересовалась:
— Разве тебе было плохо, Вольный?! — голос прозвучал громко, требовательно — испугал, но сразу же придал уверенности.
Почему я боюсь Кейела? За последние недели мне представилось много времени на раздумья и ворошения прошлого. Сколько раз он обижал меня, врал мне, использовал? И главное — чем прикрывался? Не будет лишним напомнить и ему о его же словах!
Кейел остановился. Я ждала, что он повернется и ответит, но он молчал. Опять игнорирует? Опять уйдет, ничего не сказав?! Духи Фадрагоса, бесит! Уж лучше все разрушить до конца, чем ждать хоть какого-то просветления.
Я сорвалась — тряхнула порезанной рукой и произнесла:
— Ты наслаждался — я наслаждалась. Всем было хорошо. Мы же взрослые люди, черт возьми! — Развела руками и приподняла брови. — Мы мечтали о семье? Нет! Мечтали о будущем? И еще раз нет! Ты к смерти готовишься, и я не отстаю. Так какая разница: приятный это обман или настоящие чувства? На что ты сейчас обижаешься, Вольный? На то, что твои ожидания не оправдались? Я такая, какая я есть. Трусливая мразь! С самого начала врала и буду врать! Думаешь, это моя суть? Не-е-ет! Это твое же правило! Разве не узнал? Быть хитрее самого опытного из лжецов. Кейел, я хорошая ученица?
Отступила на пару шагов и выдавила из себя улыбку. Она дрожала, но думаю это можно было списать на холод. Пора бы, кстати, одеться.
— Ответь мне! — потребовала я.
Кейел резко обернулся и вперился злобным взором, но упрямо молчал. Сжал кулаки. Я чуть сморщила нос и договорила:
— Хочешь злиться, Вольный? Злись на себя. Это же ты сейчас все усложняешь! Я тут ни при чем. Всего лишь пытаюсь жить по вашим дурацким правилам!
Он сорвался с места, а я съежилась, ожидая удара, грубости. Пусть обидит, пусть отвернет от себя окончательно. Заставит ненавидеть! Обида заглушит вину, а память будет подкидывать страх от жестокости и насилия. Однако Кейел прошел мимо меня, поднял мою куртку с земли, потряс, избавляя от снега, а затем вернулся к нам. Хмурясь впихнул котелок Роми в руки, и избегая смотреть в глаза, накинул куртку мне на плечи. Взялся за запястье и стал разглядывать порез. Спокойный голос приласкал слух, напомнил о заботе:
— Оставь тренировки на время. В обители продолжим заниматься, а сейчас береги силы. — Сжал руку, согревая теплом, а я сглотнула ком, стараясь дышать ровнее. Не этого результата я ждала. Какого угодно, но не этого. — Пойдем. Перевяжем руку, а заодно расскажу тебе, что из себя представляет поиск сокровищницы с помощью Единства. Тебе нужно беречь силы.
Ромиар фыркнул нам вслед, но промолчал.
Ромиар устанавливал котелок над огнем, а мы с Кейелом сидели на ворохе пледов. От костра исходил жар, но ветер проникал в углубление ледяной стены и немного студил лицо. Я боялась вдохнуть лишний раз. Боялась, что Кейел выпустит мою руку, если сделаю резкое движение. Осторожное прикосновение его пальцев к моим заставляли сердце замирать. И лицо так близко… Но недостаточно, чтобы ощутить дыхание. Тихие слова лились музыкой для меня. Моей любимой музыкой. Пусть бы Кейел говорил вечно.
— Видела, как Елрех раскапывает снег, чтобы найти морозные грибы и зимние травы? Их нигде нет, кроме севера. Зато то, что на юге считают мусором, высоко ценят на севере. Там почти ничего нет. Есть крохотные вечнозеленые оазисы. Скоро мы дойдем до одного. Они немного упрощают жизнь, но на все население все равно не хватает зелий, мазей. Даже просто овощей, — на мгновение поднял голову — наши взгляды встретились только на секунду. Когда снова опустил глаза, я медленно набрала полную грудь воздуха, и так же медленно выдохнула.
