От захватившего его боевого азарта он выпустил из рук повод вьючной лошади и ударом шпор отправил своего гнедого жрербца в галоп. Вскоре и конь, и всадник были едва различимы за снежной пеленой разыгрывающейся метели.
Старший из рыцарей хмуро посмотрел вслед юноше и недовольно поморщившись, повернулся в седле к своему второму спутнику:
— Сэр Конрад, мне говорили, юноша готов к посвящению. Я вижу иное.
Голос старого рыцаря был под стать его возрасту — дребезжащим и по-старчески скрипучим.
Всадник, которого назвали сэром Конрадом, с тревогой посмотрел вслед ускакавшему юнцу и пристыженно опустил голову, в душе ругая себя за смущение. Но в голосе старика звучала такая властность, а взгляд его горящих черных глаз был столь пронзительным и требовательным, что многие рыцари Вечного ордена невольно робели перед этим сухим и жилистым седобородым человеком, который, казалось, едва ли не приходился ровесником самому Пророку. Так себя вели перед ним и старшие, и младшие по званию братья. Все прекрасно знали, что из-за своего низкого происхождения сэр Бертран никогда не продвинется по чину выше рыцаря-капитана. Тем не менее их старший товарищ был очень авторитетной фигурой в Ордене. Его уважали и даже боялись, с его мнением нельзя было не считаться.
Конраду иногда приходило в голову, что к сэру Бертрану прислушивались в основном из-за его фанатичной нетерпимости к магам, а еще — из-за того, что он прошел Испытание естественным путем. Даже подумать о таком было страшно. У рыцаря-лейтенанта было свое мнение о сэре Бертране, но спорить и ссориться со стариком он не собирался. Поэтому Конрад коротко ответил:
— Я сделаю ему соответствующее внушение, брат Бертран.
— Уж потрудись, брат Конрад, — старый рыцарь недовольно поджал губы и сухо кивнул, — Это Волчий Край, и у нас опасная миссия, а не охота на перепелок в его родовом поместье в Греньяне.
Пытаясь поймать за повод вьючную лошадь, Конрад спрятал тяжелый вздох. Ему не слишком хотелось быть посредником между гневливым старцем и безрассудным юнцом, поэтому он попробовал перевести разговор на другую тему.
— Я рад, что все идет именно так, как вы с сэром Джерольфом и планировали, брат Бертран, — произнес он, — Это была отличная идея — дать им улизнуть, а потом тихо схватить подальше от Рувена. События там отлично показали, что поймать, судить и казнить этих мятежников надо без особого шума и огласки. Они стали слишком популярны в народе. И судя по тому, что мы нашли их лагерь, скоро все будет кончено.
— Радоваться всё еще нечему, — недовольно проскрипел в ответ старый рыцарь, — Мы и так невольно дали им слишком большую фору, когда нас отнесло на восток, в бухту. И давайте-ка поторопимся, пока эти мятежники не превратили глупого мальчишку в лягушку. Или в котлету, смотря кто из них раньше до него доберется.
— Верно, — Конрад поклонился в седле, пряча улыбку, — Надо поспешить.
Рыцари пришпорили коней и пустились вдогонку за оруженосцем. Конрад поймал себя на том, что стук копыт их коней — единственное, что нарушает безмолвие этой холодной пустыни. Его острый слух охотника не улавливал с той стороны, куда ускакал Армин, никаких звуков борьбы и звона оружия. Похоже, лагерь был покинут.
Когда рыцари достигли места, где останавливались беглые мятежники, Бертран понял, почему рыцарь-лейтенант не спешил и так неосмотрительно тратил время на разговор. Единственный, кого они увидели в этом лагере, был растерянный мальчишка, бродящий среди палаток.
Старый рыцарь желчно усмехнулся и возвел глаза к небу, но промолчал. В конце концов, это Конрад согласился притащить с собой этого юнца, когда приор Джерольф навязывал его их экспедиции, вот пусть сам с ним и разбирается. Но надо было отдать мальчишке должное, в плане этикета он был вышколен как следует: сразу подошел, чтобы помочь старшим по званию спешиться.
— Сэр Бертран, сэр Конрад, тут никого нет! — разочарованно воскликнул оруженосец.
— Полубрат Арми̇н Де Аленнуа̇! — по-военному отчеканил Конрад.
Юноша мгновенно выпрямился перед рыцарем-лейтенантом по стойке «смирно»:
— Да, сэр!
— Ты покинул отряд без разрешения старших по званию, — продолжил Конрад тем же тоном.
Юноша залился краской, но глаз не опустил.
— Виноват, сэр!
— За повторное нарушение воинской дисциплины я составлю рапорт твоим наставникам и командующему, — жестко продолжил рыцарь-лейтенант, — Ты будешь наказан, и твое посвящение будет отложено на год.
— Понял, сэр. Так точно, сэр, — Армин сдержал вздох.
— Вольно, — махнул рукой Конрад и гораздо более мягким тоном добавил, — Армин, веди себя осторожнее в незнакомом месте. Опасность здесь на каждом шагу, и те, кого мы ищем, тоже представляют серьезную угрозу. Особенно для тебя, пока ты еще не прошел Испытание. Вот сейчас ты чуть не лишил наш и без того малочисленный отряд одной боевой единицы. Если бы мятежники оказались в лагере, ты бы сразу погиб.
Армин пристыженно опустил голову.
Рыцари отправились исследовать стоянку. Конрад задумчиво разворошил кострище:
— Посмотрите, костер погас, уже успел остыть и прилично занесен снегом. Они ушли давно.
