С видом оскорбленного достоинства наследник герцога тронул шпорами бока коня и отправился к своему отцу, который уже с нетерпением гарцевал во главе кавалькады на белоснежном охотничьем жеребце. Леди Орели, звонко хохоча, устремилась за ним. Андри усмехнулся им вслед и отправился в повозку. Пожалуй, этот раунд он выиграл.
Герцог Арлоннский любил охотиться в Динантском лесу, по соседству со своим родовым замком, поэтому дорога не заняла много времени. Охотникам сразу же доложили, что для них был поднят олень, и все устремились в чащу. Слуги разместились на опушке, каждый занимался своим делом. Кто-то ставил палатки для отдыха, кто-то готовил еду, а кого-то послали прямо в лес с бутылкой холодного вина и бокалами на случай, если охотникам вдруг захочется освежиться.
Андри немного побродил вокруг лагеря, наслаждаясь теплым, ласковым солнцем, какое бывает в Трезеньеле только в начале осени, а потом расстелил плащ на самом освещенном месте рядом с небольшим пеньком, устроился, прислонясь к нему спиной, и прикрыл глаза.
Должно быть, маг заснул. Когда его разбудили шум и сигналы рогов, Андри поднялся со своего места, чтобы выяснить, нет ли раненых. Охота была удачной. Подстреленный лично герцогом благородный олень, крупный самец с ветвистыми рогами, был действительно очень красив, и маг при взгляде на убитое животное подавил вздох горького сожаления.
Вскоре вслед за удачливыми охотниками на опушке леса собрались все остальные. Не хватало только наследника, графа Шарля. Вскоре выяснилось, что его потеряли из виду буквально час назад. Герцог не на шутку встревожился и отправил егерей и Андри прочесывать лес. Но уйти они не успели: граф появился сам. Он шел пешком, одежда его была испачкана и разорвана в нескольких местах, а лицо посечено ветками.
Герцог и Андри подбежали к Шарлю одновременно.
— Что случилось, сын? — требовательно спросил герцог.
— Ты ранен, мой лорд? — обеспокоенно поинтересовался маг.
Герцог Де Арлонн сделал Андри знак молчать. Тот пожал плечами, но послушался. Отец вопросительно посмотрел на Шарля.
— Я в порядке, мой лорд, — тихо ответил граф, — Только… Я решил срезать путь через овраг, это к югу отсюда, и там мой Тамбурин споткнулся и сломал ногу. Ему нужна помощь, отец!
Герцог нахмурился и покачал головой. Андри просительно посмотрел на патрона:
— Мой лорд, позволь мне пойти с графом туда, где он оставил коня, и я попытаюсь помочь!
Лорд Де Арлонн резко обернулся к Андри:
— Ты перестанешь когда-нибудь лезть не в свои дела, наглый мальчишка!
Маг отступил на шаг и поклонился:
— Я прошу прощения, мой лорд.
Но герцог уже отвернулся от мага и смотрел на сына:
— Граф, не будь слюнтяем. Конь со сломанной ногой обречен. Даже если мой маг сотворит невозможное и сможет срастить ему перелом, таким резвым, как прежде, твой Тамбурин уже не будет. Мы просто получим бесполезного коня-калеку. Так что возвращайся туда, где оставил Тамбурина, и окончи его мучения.
Шарль переводил растерянный взгляд с отца на Андри. По лицу наследника было видно, что он отчаянно борется с собой. Наконец, граф поклонился:
— Я сделаю, как ты говоришь, отец.
— Молодец, — важно кивнул герцог Арлоннский, — Будь мужчиной. И не задерживайся долго. А ты, — патрон повернулся к Андри, — пойдешь со мной. Осмотришь собак и остальных лошадей.
— Как прикажешь, мой лорд, — равнодушно отозвался Андри, досадуя на себя за то, что герцог читает его, как открытую книгу. Целитель подумывал было улизнуть вслед за Шарлем и все-таки попробовать ему помочь вылечить Тамбурина. Своим приказом герцог отнял у него эту возможность.
Шарль вернулся почти через полтора часа, когда вся свита герцога была готова отправляться обратно в замок. Чародей со вздохом наблюдал за тем, как молодой граф продемонстрировал отцу окровавленный кинжал, а тот одобрительно кивнул и похлопал наследника по плечу. Потом Андри отвлек кто-то из свиты герцога: бедолага сильно ударился лбом о ветку и не хотел нелепо выглядеть на предстоящем пиру. Маг занялся пациентом и почти забыл об этой истории.
Андри с нетерпением ждал окончания бала. Маг старался не злоупотреблять благосклонностью леди Орели, чтобы еще больше не расстраивать молодого графа. Шарль очень тяжело переживал потерю друга. Наследник танцевал гораздо хуже, чем обычно, за что леди Орели, которая все-таки удостоила его танцем, шутливо отругала его. Граф втянул голову в плечи и после этого не танцевал вообще, а все больше задумчиво смотрел в окно, медленно потягивая вино из кубка.
