У стойки, о чем-то болтая и хихикая с хозяином, полноватым и бледным мужчиной лет пятидесяти, стояли три девицы. Их яркая откровенная одежда и не менее броский макияж выдавали в них тех, кто готов предоставить скучающему путнику все удовольствия продажной любви, лишь бы у того хватило денег за них заплатить.
Появление молодых рыцарей оживило полусонную атмосферу.
— Вина всем за мой счет! — не успев войти в зал, прямо с порога заорал Джерольф, — Сегодня тут гуляют рыцари! Мы хотим, чтобы сейчас все пили за наше здоровье!
— Да здравствует Вечный Орден! — подхватил Камиллус, — Всегда на защите мирных жителей!
Конрад не кричал ничего. Ему было неловко. Молодой рыцарь покраснел и сконфуженно посмотрел на посетителей. Фермеры, ремесленники и лавочники мгновенно воодушевились щедрым предложением его товарища и восторженно заревели. Знатная женщина за дальним столиком вздрогнула и встревоженно посмотрела на своего спутника. Тот повернул голову туда, откуда доносились возгласы, и, встретив взгляд Джерольфа, четко, по-военному отсалютовал ему. Новоиспеченный рыцарь важно кивнул и ответил похожим жестом. Мужчина с улыбкой отвернулся, его спутница заметно успокоилась. Менестрель же, настраивавший лютню, подзатыльником поторопил своего ученика, который возился со скрипкой. Музыкант предчувствовал солидный заработок и ничего не хотел упускать. Почти тут же оба заиграли «Опален Его огнем», песню, которую многие рыцари Ордена считали своим неофициальным гимном.
Братья сели за стол.
В таверне Дженет встретила знакомых девушек, Эллу и Мэг. Их тоже загнал сюда дождь. Теперь они втроем стояли и приглядывались к посетителям, но не торопились: вечер только начинался, а подцепить фермера или лавочника они всегда успеют. Девицы вели неспешный разговор с трактирщиком, который отпускал в их адрес сальные шуточки. Элла и Мэг заливисто хихикали и отвечали тем же. Дженет был неприятен этот разговор, поэтому она исподволь наблюдала за посетителями.
И тут в «Тесную пещеру» словно ворвался ураган. Туда вошли три рыцаря Вечного Ордена. Они были совсем юными, наверное, только прошли посвящение, шумными и веселыми, и Дженет с завистью подумала, что у них-то, уж точно, день удался.
Двое из рыцарей выглядели настоящими красавчиками. Один высокий, с длинными, до плеч смоляными кудрями и живыми черными глазами, все время весело улыбался. Он заметил взгляд Дженет и подмигнул ей. Девушка отвела глаза и стала рассматривать второго красавца, тоже высокого, но блондина, голубоглазого и кудрявого, который, как ей показалось, немного стеснялся и заведения, и обращенных на него взглядов. Третий же рыцарь, который был с ними, был совершенно ничем не примечателен. У него было простое открытое лицо обычного деревенского парня. Невысокого роста, круглоголовый, с коротко остриженными темно-пепельными волосами и умными серыми глазами, он, казалось, был вовсе не рад находиться в этом месте.
— Ой, девочки, смотрите, какие парни! — пропела Мэг, пожирая глазами всех троих, — Наконец-то нам повезло! Рыцари! И собой недурны, и раскошелятся наверняка, если постараемся!
— Как раз на всех хватит! — хихикнула Элла, — Только вот как делить будем, кому какой достанется?
— Вытянем спички! — предложила Мэг, — Длинная с головкой — брюнет, длинная без головки — блондин, короткая — шатен. По-моему, это будет честно.
— Хорошо, — согласилась Дженет, — Давайте так и сделаем.
Шустрая Мэг быстро наломала спичек. Первой спичку тащила Элла. Она вытянула блондина. Второй предложили выбирать Дженет. И как назло, ей достался коротышка. Похоже, невезучий день продолжался. Мэг, которая положила глаз на брюнета, была без ума от счастья.
Выждав удобный момент, когда рыцарям подали и еду, и выпивку, все три девушки, зазывно виляя бедрами и улыбаясь как можно более обольстительно, приблизились к парням.
Завязался непринужденный разговор. Вскоре брюнет уже поднял Мэг, как перышко, и понес наверх. Она отбивалась с притворной скромностью, и при этом заливисто хохотала. Элла и ее блондин вовсю отплясывали под зажигательную джигу музыкантов.
Тот рыцарь, что достался Дженет, не проявлял к ней никакого интереса. Он быстро и методично напивался. Девушка уселась напротив него.
— Ты не ешь и не танцуешь, все только пьешь. Что случилось, сладкий? — томно спросила она.
Юноша поднял на Дженет уже слегка осоловевшие глаза. В ответ девушка услышала фразу, которую раньше не произносил ни один из тех, кто ее покупал:
— Как тебя зовут?
— Жанетта, штучка из Трезеньеля, — нарочито грассируя, кокетливо ответила красотка, томно заправляя за ухо прядь волос.
Конрад готов был поклясться, что девчонка была местной уроженкой, его соотечественницей. Потому что от Трезеньеля в ней было только нарочито картавое «р» в ее выговоре.
— Серьезно? — удивился рыцарь.
— Звучит всяко лучше, чем «Дженет, шкура из Приграничья», — усмехнулась девушка.
— Из Приграничья, значит, — задумчиво протянул рыцарь. Конрад чувствовал, что уже прилично набрался, но, к сожалению, забыться не получалось: он все еще соображал.
