— Они не должны были возмущаться и захватывать власть в Рувене. Комендант — лицо, назначенное королем, его приказы не оспариваются, — в голосе Бертрана звучала ненависть, — Решение дать Андри и остальным выбраться было стратегическим, и ты в этом участвовал, рыцарь-лейтенант. Всех их надо схватить и убрать по-тихому, не делая из них мучеников. События в Рувене, приведшие к эпидемии Ведьминой Хвори во всем Трезеньеле, разозлили простонародье. Мы найдем зачинщиков мятежа. И они пожалеют о том, что не погибли тогда, вместе со всеми бунтовщиками.
Конрад горько усмехнулся и покачал головой. С Бертраном было бесполезно спорить.
— Мы оба тоже выходцы из простонародья, — вздохнул он, — Я помню об этом каждую секунду. Как же так случилось, что ты забыл об этом, рыцарь-капитан?
— Я собственной кровью купил право быть рыцарем! — ледяным тоном произнес Бенарт, — И своим служением Вечному Ордену заработал право считаться одним из лучших! Все верно, я низкого происхождения и родился в грязи. Но я смог выбраться и заставить всех, и даже себя самого забыть о том, где я рожден. То, что ты этого не смог, сэр Конрад, говорит только о твоей слабости.
Рыцарь-лейтенант покачал головой, но ничего не ответил. Его старший товарищ расценил это как согласие и продолжал:
— Быть либертистом — еще большая слабость, сэр Конрад. Маги не заслуживают никакой другой участи, кроме уничтожения. Ты здесь затем, чтобы доказать свою преданность делу Ордена, а не для того, чтобы планировать вступить в сговор с врагом. На прошлом конклаве была речь о том, чтобы создать специальный отряд внутри Ордена, который будет выявлять и уничтожать либертистов. Но я надеюсь, их мало, и до этого не дойдет. Но лучше уж пусть дойдет до такого, чем до того, что последние создадут в самом сердце Ордена свою тайную организацию и продолжат, как крысы, подгрызать наши устои изнутри!
— Я не либертист, — холодно ответил рыцарь-лейтенант, — Я просто против бессмысленных жертв. И давай закончим на этом. В конце концов, кому нужны эти споры перед лицом общего врага?
Не дав Бертрану возразить, Конрад продолжил:
— Нам необходимо хоть немного восстановить силы. На отдых выделяю час. Советую вам поспать, рыцарь-капитан.
Но сэр Бертран не был бы сэром Бертраном, если бы не попытался любой ценой настоять на своем:
— Мы оставим мальчишку здесь, в таком состоянии он только будет нас задерживать.
— Нет, — твердо ответил Конрад, — Я донес его сюда, понесу и дальше, — и, не дожидаясь возражений от старого рыцаря, тут же добавил, — Под мою ответственность, сэр.
Бертран только отмахнулся и красноречиво отвернулся. Он надвинул глубоко на глаза капюшон теплого плаща, сложил руки на груди и вскоре задремал. Даже спящий, он сохранял идеально прямое положение. «Как будто жезл гроссмейстера проглотил», — вспомнил Конрад фразу, случайно подслушанную им у кого-то из молодых рыцарей, когда они, не без некоторой опаски, обсуждали Бертрана.
Сам Конрад не сомкнул глаз. Он прислушивался к тихому бессвязному шепоту Армина. Оруженосец впал в беспамятство, и это было очень плохим знаком, предвестником надвигающейся мучительной смерти.
Из-за городских стен до Конрада изредка доносились топот убегающих в панике ног, приглушенные испуганные вскрики и сдавленные рыдания, словно кто-то пытался заглушить всхлипы, зажимая плачущему рот. Казалось, что сам пустующий Фанкор-Зор испуган появлением рыцарей. Эти звуки, которые были слышны в необитаемом городе, который, судя по его виду, был пуст, и уже давно, заставляли что-то внутри рыцаря сжиматься от невольного ужаса.
Конрад попытался припомнить все, что когда-то читал или слышал про Фанкор-Зор и понял, что не знает об этом городе совсем ничего.
Через час рыцарь-лейтенант разбудил своего старшего товарища. Бертран сразу вскочил, готовый двигаться, как будто сон мгновенно оставил его. Старый рыцарь проверил оружие и, не обращая внимания на спутников, решительно зашагал к воротам. Конрад только покачал головой. Рыцарь-лейтенант наклонился над Армином и бережно поднял на руки оруженосца.
— Потерпи, Армин, — прошептал он, надеясь, что хотя бы звук его голоса пробьется к юноше сквозь забытье, — Мы найдем способ тебя вылечить, я обещаю.
Конрад поспешил вдогонку за Бертраном и нагнал его, когда тот уже входил в Фанкор-Зор.
Выйдя на площадь, расположенную перед городскими воротами, старый рыцарь встал и раздраженно покрутил головой:
— Я вижу целых три улицы, по которым могли пойти мятежники. Есть предположения, по какой именно? — недовольно проскрипел он.
— Я попробую найти их следы, сэр Бертран, — невозмутимо ответил Конрад и тоже осмотрелся.
Рыцарь-лейтенант сразу же заметил почти у самой стены небольшую кучку пепла, оставшегося неизвестно от чего. И вокруг нее… Конрад с удовлетворением отметил, что искать следы оказалось очень просто: в город, кроме мятежников, а теперь еще и рыцарей, вот уже более тысячи лет никто не входил.
— Они направились в сторону центральной городской площади, сэр Бертран, — сообщил он рыцарю-капитану, — Здесь мы найдем их без особого труда. Нам в ту сторону.
