Сцену с подобным накалом страстей Вестэль в этом кабинете застал впервые. В глубине его души даже слегка встрепенулось давно дремавшее любопытство. Что люди, столь далекие от высшего общества, делают в доме сиятельного герцога Вельфа, доверенного лица Его Императорского Величества? Что нужно им от дяди Северина? Почему сам Его Светлость не вмешивается в надвигающийся конфликт, оставаясь в своем кресле и продолжая цедить из хрустального бокала белое вино?
Сотни вопросов возникли в голове Вестэля в то мгновение. Погрузившись в себя, он даже не сразу понял, что звуки приближающихся шагов раздавались не из кабинета, а из темного пространства впереди. Однако это не помешало маркизу, обладающему прекрасной реакцией, при виде женской руки, держащей фонарь, молнией метнуться вперед и, прижав нарушителя спиной к своей груди, заткнуть ему рот. И все же, сколь быстр не был юноша, прежде чем лишалась возможности говорить, девушка успела коротко вскрикнуть. Также от неожиданности она выпустила из рук светильник, и он с глухим звуком ударился об пол, продолжая освещать ноги тех, кто стоял в тайном коридоре.
Вестэль настороженно замер, сжал руку вокруг талии девушки еще крепче и отрывисто прошептал ей на ухо «Тихо!». Еще девять лет назад он при помощи Адальберта выяснил, что звуки из коридора, хоть и в приглушенном виде, но все же слышны в кабинете. Поэтому для него не стало сюрпризом, когда спорщики прекратили свой напряженный диалог и синхронно повернули головы к книжному стеллажу, за которым прятались маркиз и незнакомка. Вестэль уже начал думать над оправдательной речью, но она не понадобилась. Не только Ольфсгайнер, дядя сегодня тоже был на его стороне.
— Что это? — испуганно спросил мистер Эванс.
— Наверное, крысы, — беспечно пожал плечами герцог Вельф, разряжая обстановку.
— Крысы?! — синхронно удивились подобной нелепице недавние противники.
— Они самые. Этот особняк был заложен очень давно, потому и колдовство здесь древнее. Если наложить на дом заклинание, отгоняющее грызунов, то оно вступит в конфликт со сторожевыми чарами. Раньше с крысиной напастью справлялся наш кот, однако пару месяцев назад он скоропостижно скончался. Я ждал, пока Адальберт вернется из университета и выберет нового крысолова.
— Если не ошибаюсь, Адальберт — это тот слуга, что учится вместе с вашим племянником? — спросил мистер Джонс, который сам не заметил, как сам отпустил один из отворотов сюртука того, кого называл Обероном. — Какая связь может быть между ним и выбором нового кота?
— Самая прямая, — заверил его Северин. — Когда выбираешь какую-то вещь, то разумно будет спросить о ней человека, который в данной области разбирается, иначе рискуешь совершить ошибку и купить не то, что нужно. А зачем мне комок меха, который не ловит мышей? Кошки — увлечение юного Ольфсгайнера, и он многое о них знает. А я ничего не смыслю в животных, и потому не собираюсь лезть в это дело.
Вестэль отказывался верить в услышанное. «Он соврал», — пронеслось у юноши в голове. Маркиз вот уже на протяжении десяти лет каждый день проводил со своим камердинером и был уверен, что знает о нем практически все. Однако о его пристрастии к кошкам он слышал впервые. Вестэль даже мысли не мог допустить, что дядя знает Адаля лучше, чем он. Следовательно, герцог Вельф только что солгал своим собеседникам, чтобы защитить племянника.
Юноша помнил, как дядя Северин относится к откровенной лжи. Он покачал головой, задевая подбородком пушистые волосы пойманной в ловушке девушки… И внезапно понял, что находится практически наедине с одной из тех барышень, которых Его Светлость рассматривал в качестве его невест. Прежде чем фонарь упал, маркиз успел рассмотреть изящную девичью руку, а теперь свет падал на темные замшевые туфельки лодочкой и длинный подол нежно-голубого платья. Все слуги в доме служили Вельфам не одно поколение. Они были осторожны и не любопытны, а еще их с ранних лет предупреждали, что не стоит лезть, куда не следует. Это не могла быть одна из горничных еще и потому, что цвет их формы — черный. Следовательно, кто-то из гостей.
