Найти отверстие трубы, выходившей из подземного лабиринта к Москве-реке, оказалось просто, но для этого пришлось влезть в реку. Включив фонарик, Флегонт первым полез в трубу. За ним влезли один за другим еще пять человек.
Добравшись до середины трубы, они услышали звуки двух выстрелов, после чего наступила тишина.
- Опоздали! - вскрикнул Флегонт. - Стреляли в Вадима. Выбравшись из трубы и проскочив тайник, спасатели бросились в тоннель. Там никого не было. Вернувшись в подземный тайник, Флегонт осветил его фонариком. В углу, где были вмонтированы скобы, друзья увидели на полу три человеческих тела, распластавшихся одно на другом.
Двое полураздетых - убитые урки. У обоих головы залиты кровью. Третий - Вадим.
Сердце у Флегонта сжало тоской:
- Это я, братцы… я виноват! Зря покинул его… Вдвоем мы бы отбились от бандитов…
Но тут Вадим пошевельнулся и тихо застонал.
- Жив! Жив он, братцы! - обрадовался Флегонт. - Слава тебе господи! Несите его через трубу к реке и на берег. А я побегу в медпункт.
В тот же вечер ввиду чрезвычайных обстоятельств управляющий трестом «Дворецстрой» Линовский приказал опечатать железную дверцу в цокольной стене Храма, установив возле нее круглосуточную охрану. Вход в трубу из подземного помещения к Москве-реке заложили кирпичной кладкой, наземное отверстие с чугунным люком замуровали.
За самовольное вторжение в подземелье Флегонта арестовали. Только вмешательство начальника Управления строительством Дворца Советов В.М. Михайлова* помогло освободить его, и он отделался лишь устным выговором.
У Вадима оказалась серьезная травма головы и сломанная ключица. Его положили в больницу. Но едва придя в сознание, он смог все-таки рассказать, что видел и слышал в подземелье, оставшись один.
Следователь еще до показаний Мостовикова установил, что оба уголовника убиты одинаково - выстрелами из револьвера на близком расстоянии в теменную часть головы.
Убийца стрелял через открытый люк, когда по скобам поднимались на поверхность сначала Сиплый, потом Щурок. Настоящие имена их вскоре были установлены. Они значились в досье МУРа опасными налетчиками, бежавшими из мест заключения. Но кто такой Архитектор - третий сообщник, главарь в банде и вероятный убийца Сиплого и Щурка, оставалось неизвестным, несмотря на самые энергичные поиски.
Бердникова за неумение действовать оперативно сняли с должности заместителя начальника отряда вооруженной охраны и перевели вахтером в городок строителей Дворца Советов на Малые Кочки.
При допросе он энергично оправдывался, доказывал, что сразу после сигнала Морошкина принял необходимые меры: отправил одну группу охранников на берег Москвы-реки, а другую послал искать вход в подземелье. Однако из-за того, что Флегонт убежал, толком не пояснив, где расположены вход в подземные тоннели и труба, охранники потеряли много времени на поиски. Потому, мол, их и опередили рабочие, подоспевшие первыми к месту происшествия.
Понижение в должности Семен Гаврилович переживал тяжко. Напомнил начальству, что он участник гражданской войны, громко уповал на торжество справедливости, грозил, что будет жаловаться.
Через несколько дней Вадим почувствовал себя лучше, и врачи разрешили товарищам навестить его. Первыми в палату пришли Флегонт и Валентина. Они рассказали о том, что говорят о происшествии на стройплощадке, о ходе следствия.
Друзья еще раз припомнили все, что видели в подземелье и что каждый из них пережил после того, как расстались. Ни Вадим, ни Флегонт не сомневались, что Сиплого и Щурка застрелил Архитектор. Но кто он? Также было не ясно, откуда Архитектор узнал, что его «компаньоны» в подземелье обнаружены. Кто мог ему сообщить об этом?
И еще странно: почему никто из охраны стройки не слышал, как Архитектор стрелял из револьвера? Правда, люк находился в самой отдаленной от помещения охраны стороне, но все-таки в тихий вечерний час выстрелы, наверное, можно было бы услышать?
После ухода Флегонта и Валентины, взволнованный разговором, Вадим долго не мог успокоиться. До позднего вечера он продолжал сопоставлять факты и строить разные догадки.
