- Мудреное, говоришь, а ты видишь, что стенка, в которой пробит лаз, отделяющая тоннель от подземного помещения, толщиной всего в полкирпича и сложена, похоже, на глиняном растворе?
- Да, я тоже обратил внимание.
- Так вот, ее нетрудно в случае необходимости бегства из Храма разобрать - и это уже кто-то сделал - и выбраться через трубу к Москве-реке. Это значит, что Храм Христа соединялся подземными ходами с кремлевским подземельем через обнаруженный нами тайник и с Москвой-рекой. Ты понимаешь, Флегонт, это же бывшие забытые подземные ходы древнего Чертолья, о которых пока что, возможно, в Москве никому не известно.
Это одна из тайн, связанных с Храмом Христа, ее знали архитектор Тон да кто-то из служителей Храма. Но теперь их нет в живых.
- Понимаешь, что мы открыли? - заключил Вадим.
- А может, о нашем открытии сказать управляющему «Дворецстроя»? - подсказал Флегонт.
- Упаси Бог, Линовский тут же доложит куда следует, и тогда ни мы, ни кто другой не увидит этого подземелья, как своих ушей. Чего доброго, и нас-то в кутузку засадят. Ведь ходы ведут под Кремль. Соображаешь? Так что пока, кроме Стеллецкого, никому об этом говорить не надо.
Вадим, освещая фонариком темный угол слева от трубы и обнаружив деревянные кругляки, полуметровые обрезки бревен, убежденно воскликнул:
- Здесь хранилась лодка, значит, была возможность пробраться сюда по подземному ходу из Храма и, разобрав легкую кирпичную перегородку, выкатывать лодку на кругляках по трубе к реке и незаметно скрываться.
- Зачем?
- А ты знаешь, что творилось в России, когда завершали Храм Христа? В царя бомбу бросили, стреляли в губернаторов и генералов…
- Понятно… Значит, лататы можно было из Храма задать в случае чего?
- Ну да, - ответил Вадим, осветив фонариком противоположный угол, где виднелись железные скобы в стене, доходящие до перекрытия, в котором чернела круглая горловина.
Затем они разглядели в глубине ее люк, закрытый чугунной крышкой. Становилось все более очевидным, что подземное помещение, куда они попали, имело выход на поверхность.
- Смотри, скобы в стене, - заметил Флегонт. - По скобам, как по лестнице, можно через люк спуститься сюда, в подземелье, помимо потайной дверцы.
Обнаружилась еще одна тайна, скрытая близ Храма Христа.
Неожиданно Вадима осенила мысль: близ этого места на поверхности находилось подворье Малюты Скуратова, под которым несомненно был подвал, который впоследствии, после реставрации, соединили тоннелем с Храмом Христа.
Но не успел он высказать свою догадку другу, как его перебил возбужденный возглас Флегонта.
- Вадим Борисович, здесь уже были какие-то люди, - обратил он внимание друга на отпечатки следов от больших сапог на пыльном полу.
- Выходит, какие-то проходимцы проломали лаз в стенке, опередили нас и, может быть, что-то нашли. А вошли они, надо полагать, через люк и опустились сюда в тайник по скобам, -предположил Вадим.
- Кто же сюда лазал? Может, кто-то из начальства нашей стройки? Надо узнать, - заметил Флегонт.
Романтика поиска поблекла. Кто-то, опередив их, проник в подземные лабиринты, и если что-то и было в них интересное и ценное для науки, то оно уже исчезло. Слабая надежда оставалась только на то, что, возможно, «соперники» побывали еще не во всех тоннелях и ходах.
Перед возвращением в тоннель Флегонт, ухватившись за нижнюю скобу в стене, как бы проверяя ее прочность, сказал:
- Куда же ведет вверху люк? Может быть, стоит подняться и попробовать открыть крышку?
- Она наверняка завалена землей и каменными…
Не успел Вадим закончить фразу, как неожиданно из трубы донесся ясный всплеск воды. Это насторожило друзей. Чтобы не выдать себя, они погасили керосиновый фонарь, заглянули в трубу и увидели, как в ее просвете со стороны реки показались силуэты людей. Вскоре один из них ловко влез в трубу, за ним последовал второй, а третий, очевидно, остался в лодке.
Две большие согнутые фигуры, тихо переговариваясь, закрыли собой почти все отверстие, в трубе стало темно.
Затем первый, чиркнув спичкой, зажег фонарь, и они стали проворно продвигаться по трубе. Переговариваясь, упоминали, судя по всему, третьего, уплывшего на лодке. Слова звучали неразборчиво - труба искажала звуки, так как длина ее была не менее сотни метров.
- Интиллихент! - громко произнес первый в трубе вибрирующим презрительным тенорком.
- Не хощет, фраер, рушки пащкать! - ехидно поддакнул второй, судя по сиплому с одышкой голосу, пожилой и тучный.
- Сказал, что потом придет. Попозже! - усмехнулся первый.
- Ништо, Щурок! Мы свое возьмем! У нас из глотки не вырвешь!
Уверенные действия людей говорили о том, что они тут не впервые и проникают не через люк, как предполагали друзья, а с Москвы-реки.
Интуитивно почувствовав, что с неизвестными посетителями подземелья встречаться рискованно, друзья поспешно вернулись в тоннель и, освещая его карманным фонариком, направились в сторону Кремлевского холма. Минуя развилку, они остановились и выключили фонарик, чтобы издалека проследить за незнакомцами. Вскоре, осветив ход в тоннель, вошли незнакомцы и тоже направились к развилке.
