«На грудь Жемчужиной сыпались ордена, но все по справедливости и не вызывали каких-либо разговоров, — пишет Н. Хрущев. — Вдруг, я и сейчас не могу ничем объяснить это, на Жемчужину был направлен гнев Сталина. Не помню, в чем ее обвинили. Помню только, что на Пленуме ЦК партии был поставлен вопрос о Жемчужиной. С конкретными обвинениями в ее адрес выступил Шкирятов — председатель комиссии партийного контроля при ЦК ВКП(б). Шкирятов — старый большевик, но Сталин обратил его в свою дубинку. Он слепо делал все так, как говорил Сталин…
Жемчужина выступила на Пленуме в свою защиту. Я восхищался ею внутренне, хотя и верил тогда, что Сталин прав, и был на стороне Сталина. Но она мужественно защищала свое партийное достоинство и показала очень сильный характер… Голосовали за вывод ее из Центральной ревизионной комиссии ВКП(б), или из состава кандидатов в члены ЦК. И все, конечно, голосовали единогласно за предложение, которое было сделано докладчиком. Воздержался один Молотов. Позднее я часто слышал упреки Молотову и прямо в лицо, и за глаза: осуждали его как члена Политбюро и члена ЦК, который не поднялся выше семейных отношений, до высоты настоящего члена партии, не смог осудить ошибки близкого ему человека».
Так происходило наверху. Вершина — пусть из-за своей недоступности и не всегда отчетливо видная — все же находится на виду, в то время как история и дела рядовых героев России предаются забвению. И чаще всего это происходит по той же простой причине — замалчивании, таинственности.
Среди моих сограждан вряд ли есть хотя бы один человек, который бы не слышал таких имен, как Чапаев, Петька и Анка. Даже среди представителей молодого поколения вряд ли найдется человек, не знающий хотя бы одной смешной истории о них — анекдота. Вместе с тем, вряд ли кто-то может рассказать что-то о реальной жизни и судьбе легендарных личностей.
Жизнь и судьба Анны Николаевны Фурмановой-Стешенко, той самой легендарной Анки из чапаевской дивизии, сложилась не менее трагично, чем судьба многих прославленных героев гражданской войны.
После гражданской войны героическая женщина обрела свое личное счастье, выйдя замуж за героя венгерской революции Людвига Гавора. Плодом этой любви стал сын Дмитрий.
Счастье, однако, длилось недолго. Людвига Гавора, мужа Анны Николаевны, арестовали и расстреляли в 1938 г. Вскоре она умерла, оставив сиротой семилетнего сына. Теперь злой рок, словно по наследству, продолжал преследовать Дмитрия Людвиговича. Он закончил факультет журналистики МГУ, был подающим надежды журналистом, работал вместе с зятем Хрущева, Аджубеем.
Жизнь складывалась замечательно. — Дмитрий женился, у него родилась дочь. Но в один прекрасный день сын легендарной Анки получил страшное известие: произошла авиакатастрофа. В одно мгновение он потерял любимых жену и дочь.
Дмитрий запил и стал стремительно опускаться, теряя человеческий облик. Он не видел никакого смысла в своей жизни, искал себе погибели. Может, именно поэтому с ним и произошла трагедия: ведя в нетрезвом виде автомобиль, он сбил человека. Жертва осталась жива, но сам Дмитрий был приговорен к тюремному заключению.
Отсидев год, он вышел на свободу. У него было время все обдумать и взвесить, и жажда жизни победила. Дмитрий перестал пить, женился во второй раз на женщине с двумя детьми, устроился на работу. Все шло хорошо, жизнь новой семьи постепенно налаживалась.
Но, видимо, не так просто отпускает злой рок избранных. Он, как Бог библейского Иова, испытывает их на прочность. Спокойная семейная жизнь Дмитрия Стешенко (некогда мать записала сына на свою фамилию, чтобы спасти от неприятного клейма «врага народа») продолжалась очень недолго: вторая жена вместе с детьми погибла в автокатастрофе.
Он снова запил, теперь уже основательно. И хотя женился в третий раз — и опять на женщине с двумя детьми, — все также продолжает пить, выкуривать по две пачки «Беломора» в день и жить трагическими воспоминаниями о прошлом.
Да, кремлевская любовь хранит много трагических тайн. Представители высшей партийной иерархии не всегда — а точнее никогда, — не следовали тем принципам, которые так тщательно расписал А. Залкинд в «Двенадцати половых заповедях…». Чего стоит семейная трагедия самого Сталина. Первый раз он женился то ли в 1902 (до ссылки в 1903 г.), то ли в 1904 г. (уже после ссылки). Его женой стала Екатерина Сванидзе. Он познакомился с ней через брата Александра, вместе с которым учился в Тифлисской семинарии. Тот факт, что в выборе жены главную роль сыграл комплекс матери, подтверждается не только совпадением женских имен, но и их внешним сходством.
Екатерина Сванидзе была простой грузинской девушкой, для которой обязанности жены составляли главную суть ее жизни. По воспоминаниям современников, она была глубоко религиозной и часто по ночам молилась о том, чтобы ее муж оставил кочевую жизнь революционера и занялся чем-то более основательным. Она напоминала Сталину мать еще и тем, что была безгранично предана ему и смотрела как на полубога.
