«Эти племена, славяне и анты, не управляются одним человеком, но издревле живут в народоправстве (демократии), поэтому у них счастье и несчастье считается делом общим, — писал в своей «Войне с готами» Прокопий Кесарийский. — И во всем остальном у обоих этих варварских племен вся жизнь и законы одинаковы. Они считают, что один только бог, творец молний, является владыкой над всеми, и ему приносят в жертву быков и совершают другие священные обряды. Судьбы они не знают и вообще не признают, что она по отношению к людям имеет какую-либо силу, и когда им вот-вот грозит смерть, охваченным ли болезнью, или на войне попавшим в опасное положение, то они дают обещание, если спасутся, тотчас же принести богу жертву за свою душу… Они почитают реки и нимф, и всякие другие божества, приносят жертвы всем им и при помощи этих жертв производят и гадания. Живут они в жалких хижинах, на большом расстоянии друг от друга, и все они часто меняют места жительства. Вступая в битву, большинство из них идет на врагов со щитами и дротиками в руках, панцирей же они никогда не надевают; иные не носят ни рубашек, ни плащей, а одни только штаны, подтянутые широким поясом на бедрах, и в таком виде идут на сражение с врагами. У тех и у других один и тот же язык, достаточно варварский. И по внешнему виду они не отличаются друг от друга. Они очень высокого роста и огромной силы. Цвет кожи и волос у них очень белый или золотистый и не совсем черный, но все они темно-красные. Образ жизни у них, как у массагетов, грубый, без всяких удобств, вечно они покрыты грязью, но, по сути своей, они неплохие и совсем незлобные, но во. всей чистоте сохраняют гуннские нравы».
К числу редчайших источников по истории славян, правда, южных, принадлежит трактат под названием «Стратегикон», то есть руководство к военным действиям или искусству войны, авторство которого ошибочно приписывается византийскому императору Маврикию (582–602 гг.). Он был написан в конце VI в. и содержал сведения о славянах и антах, их жизни, обычаях, военных приемах и способах войны с ними.
«Племена славян и антов сходны по своему образу жизни, по своим нравам, по своей любви к свободе; их никоим образом нельзя склонить к рабству или подчинению в своей стране, — говорится в трактате. — Они многочисленны, выносливы, легко переносят жар, холод, дождь, наготу, недостаток в пище. К прибывающим к ним иноземцам они относятся ласково и, оказывая им знаки своего расположения… охраняют их в случае надобности, так что, если бы оказалось, что по нерадению того, кто принимает у себя иноземцев, последний потерпел ущерб, принимавший его раньше начинает войну (против виновного), считая долгом чести отомстить за чужеземца. Находящихся у них в плену они не держат в рабстве, как прочие племена, в течение неограниченного времени, но, ограничивая (срок рабства) определенным временем, предлагают им на выбор: желают ли они за известный выкуп возвратиться восвояси или остаться там (где они находятся) на положении свободных и друзей.
У них большое количество разнообразного скота и плодов земных… в особенности проса и пшеницы.
(Здесь я хотела бы привести одну деталь, которая является немаловажной для понимания славянской нравственности и отношения к чувственности. Л. Гумилев в рассказе об этногенезе славян говорит, что «южнее готов впервые во II в. появились памятники, которые мы относим к славянам. Были ли славяне до этого? Да, очевидно, были какие-то этносы, которые в эту эпоху синхронно с готами создали тот праславянский этнос, который византийцы называли анты, древнерусские летописцы — поляне и который положил начало какому-то этническому объединению, в результате чего маленький народ, живший в современной Восточной Венгрии, распространился до берегов Балтийского моря, до Днепра и вплоть до Эгейского и Средиземного морей, захватив весь Балканский полуостров. Колоссальное распространение для маленького народа!
