Излюбленным местом дневного пристанища ворон были позолоченные двуглавые орлы, венчавшие Кремлевские башни. Вороны облепляли орлов гроздьями, ожесточенно дрались за право уцепиться за орлиную лапу или усесться на самой маковке. Вот тут-то и развернулись боевые действия. Сначала по воронам, садившимся на орлов, постреливали отдельные часовые с кремлевских стен, потом начали стрелять и с других постов. День ото дня больше, того и гляди пулеметы выкатят. Я было говорил, чтобы прекратили стрельбу, но особых строгостей не проявлял, все как-то руки не доходили, недосуг было. Вдруг звонок:
— Товарищ Мальков? Ленин. Позвольте узнать, по чьему распоряжению сплошь и рядом в Кремле ведется пальба по воронам, расходуются драгоценные патроны, нарушается порядок?
— Владимир Ильич, никто такого распоряжения не давал. Это просто так, ребята балуются.
— Ах, балуются? И вы, комендант Кремля, считаете это правильным, одобряете это баловство?
— Нет, Владимир Ильич, не одобряю. Я уже говорил, не слушают…
— А уж это ваше дело — заставить вас слушаться, да, ваше дело. Немедленно прекратить возмутительную пальбу!
Я, конечно, тут же отдал строжайший приказ, и стрельба прекратилась, хотя одиночные выстрелы изредка еще и раздавались, только тут уж с виновников стали спрашивать как следует».
Первой кремлевской охраной после 1917 года стали красные латышские стрелки. 300 штыков. Первым комендантом — бывший матрос Павел Мальков. В декабре 1918 года агрессивные латышские стрелки были отправлены Лениным на фронт. Охранные обязанности возложили на 1 и 2-ю московские пулеметные роты.
А старинный Стрелецкий приказ просуществовал до 1699 года, по другим данным, — до 1701 года. После взятия в 1696 году Азова московские стрелецкие полки были оставлены там «отстаивать укрепления и стоять гарнизоном в покоренном городе».
После высылки стрелков, в декабре 1918 года, по личному указанию Владимира Ильича Ленина была создана 1-я Московская советская пулеметная школа, первое советское военное учебное заведение.
Член партии большевиков с 1917 года Илларион Кириллович Матусевич сохранил яркие воспоминания об учебе кремлевских курсантов и охране рабочего кабинета и квартиры Ленина. Он вспоминал, что документы живших в Кремле часто менялись. Делалось это для того, чтобы обеспечить большую безопасность. Поэтому командиры объясняли курсантам, что в жизни Ленин выглядит почти так же, как на портретах…
Илларион Матусевич прибыл в пулеметное училище в самом конце 1919 года: «Сдаю свою изрядно потрепанную в боях и походах шинель, шапку. Форму получаем еще со складов царской армии — серые солдатские шинели, гимнастерки. Но на «буденовке» алеет красная звездочка — недавно выпущенный красноармейский значок с изображением молота и плуга. На левом рукаве гимнастерки заметно выделяется эмблема школы — малиновый треугольник с серебряным кантом. На фоне треугольника — цифра 1 и пулемет. Выбираем по размеру сапоги.
В арсенале выдают ружья, пулеметы, коробки с патронами. Оружие и боеприпасы — не учебные.
Каждое утро старшина роты объявляет наряд. Называются фамилии курсантов, назначенных в караул на разные кремлевские посты. В первые дни учебы нас, новичков, это не касалось. Но в последнее время прислушиваемся — скоро должны прозвучать и наши фамилии… Однажды, когда зачитывался список, я услышал то, о чем давно мечтал.
Впервые становлюсь в строй курсантов, назначенных в караул. Выстраиваемся в две шеренги на нешироком тротуаре перед Гренадерским корпусом. Правый фланг шеренги простирается до Царь-пушки, а левый заканчивается у Троицких ворот. Перед строем — начальник караула А. Александров. Он обменивается со сдающим дежурство паролями. Оба с обнаженными шашками. Все строго, торжественно. Здесь же комендант Кремля П. Мальков. Наверное, немного волнуется за нас, своих воспитанников, командир взвода Н. И. Привезенцев. А может быть, и спокоен: недаром же гонял нас «до седьмого пота». Начальник караула четким, «командирским» голосом называет посты и фамилии назначенных.
— На пост у Совнаркома…
— На пост у Боровицких ворот…
— На пост у Троицких ворот…
Один за другим выходят из строя курсанты, четко следуя за разводящим.
— На пост № 26…
Называются фамилии:
— Шорихин, Громушкин, Данилов.
Они сегодня заступают на самый главный пост — у рабочего кабинета Владимира Ильича Ленина. Мы, впервые назначенные в караул, еще не могли рассчитывать на такую честь.
Развод караула продолжается:
— На пост № 8 у Оружейной палаты…
Наконец слышу свою фамилию. Весь внутренне собираюсь, чтобы строевым шагом строго по уставу выйти из шеренги, с товарищами пройти к месту караула.
Разводящий — москвич Константин Чистяков ведет нас мимо Благовещенского собора, Большого Кремлевского дворца. Подходим к зданию Оружейной палаты. Останавливаемся в пяти шагах перед часовым, которого мне назначено сменить. Замираем по команде «смирно». Обращаясь ко мне, разводящий произносит:
— Часовой, на пост шагом марш!
