В специальных инструкциях для членов «Красных бригад» в Италии дается рекомендация, которая имеет прямое отношение к покушениям: «При нападении стреляй по ногам, чтобы человек хромал, как власть».
Неугодных убирают при помощи пуль, бомб, яда и самых неожиданных приспособлений. Заглянем в словари. По-латыни «terror» означает «ужас». Именно в Древнем Риме появился и расцвел террор. Сколько страха наводила на окружающих ухмылка диктатора Суллы, «кровожадного аристократа», как характеризовал его римский историк Тацит! При Сулле погибло почти пять тысяч римских граждан, он истребил целые племена и народы.
В Вечном городе убийство было профессией, наградой было имущество жертв. Император Нерон, расправившийся со своей матерью, братом и двумя женами, развязал в Риме кровавую бойню.
В XIX веке идеи тираноубийства буквально носились в воздухе. Никто не удивился, когда на довольно многолюдном собрании известный французский публицист Ф. Пиа поднял «тост за пулю», которой будет убит Наполеон III. Ему же принадлежит и знаменитый риторический вопрос: «Можно ли убить убийцу, если убийца император?». Сама постановка вопроса предполагала положительный ответ.
А в наше время Владимир Вольфович Жириновский оптимистически заявлял, что у него «больше проблем со сторонниками. Много очень сторонников. На встречах телохранители в основном заняты тем, что обеспечивают проход к машине. В Чебоксарах бросали тухлые яйца. Над головой пролетали. Но это же безобидно — не камнями все-таки.
Самая экстремальная ситуация — на Тверской в 92-м году. Демократы какое-то мероприятие проводили около памятника Долгорукому. Я приехал, хотел с ними в дискуссию вступить. А они на нас напали. У меня грузовичок небольшой. «УАЗ». Пытались меня стащить. В общем, нападение устроили на машину и на меня. Мы хотели дискуссии, разговора, а встретили агрессию. Или где-то в начале 93-го года выходил я из Кремля. Слева коммунисты, справа демократы. От демократов кто-то в меня яблоко бросил. Два — три случая помню, когда пытались в меня чем-то бросить, но напрямую физического воздействия не было».
Бывший шеф его службы безопасности утверждал, что серьезных угроз для жизни Жириновского хватало, только их успевали предотвратить, даже пресекли заказное убийство: заказчики обещали киллеру 240 тыс. долларов.
Покушение — убийство, не доведенное до конца по независящим от исполнителя причинам.
Как ни парадоксально, но более, чем психов-одиночек, правители должны опасаться святая святых — собственной охраны. Конечно, охранника трудно подкупить (нужно невероятное количество денег — ведь в любом случае покушающийся сам не спасется), еще труднее запугать, но зато можно воздействовать на его чувства.
Из воспоминаний генерал-полковника М. С. Докучаева, бывшего начальника 9-го Главного управления КГБ СССР:
«Террорист несколько дней осуществлял наблюдение на Красной площади за работой сотрудников служб безопасности при проезде из Кремля и по улице Куйбышева автомашин с руководителями партии и правительства. Он примелькался службе охраны, и его стали принимать за своего сотрудника. 6 ноября его привезли на Красную площадь на автомашине с оружием, и он представился сотрудником безопасности как назначенный на этот участок для усиления охраны в предпраздничные дни.
Когда из Кремля вышла машина с А. И. Микояном, этот террорист вскочил вовнутрь Лобного места и открыл огонь по автомашине. Он стрелял метко и расчетливо, но пули его оружия отскакивали от брони автомобиля. Водитель, почувствовав удары по стеклам, быстро свернул к Васильевскому спуску и ушел от обстрела.
В борьбу с террористом вступили майор госбезопасности Степин, капитан Цыба и сержант Вагин. В перестрелке был тяжело ранен в ногу майор Степин (впоследствии генерал-майор, скончался 11 сентября 1989 года). Однако капитан Цыба успел метнуть гранату вовнутрь Лобного места и тяжело ранил бандита. Цыба и Вагин бросились туда и схватили его. Впоследствии он скончался, так и не сказав, кто он такой и по заданию кого совершил этот террористический акт.
Шестого ноября 1942 года в 16 часов начальнику отдела СМЕРШ московского корпуса ПВО полковнику Масленникову позвонили из Управления НКВД г. Москвы: «На Красной площади задержан на месте преступления боец стрелкового полка ПВО Дмитриев. Он сделал попытку террористического акта — стрелял по правительственным машинам из засады у памятника Минину и Пожарскому.
Одна пуля разбила фару в машине Микояна. Люди, к счастью, не пострадали. Дмитриева тут же схватили дежурившие на Красной площади работники НКВД.
Незадолго до этих событий Дмитриев был переведен из зоны охраны Рублевского водохранилища в свой полк в Москву. В день покушения дежурил в гараже полка, расположенном недалеко от Красной площади.
Дмитриев родился в Москве в 1910 году в рабочей семье. Родители его проживали в Москве, до этих пор никакими компрометировавшими его материалами органы не располагали.
