Вскоре вместе с Масленниковым мы были в здании НКВД. Привели Дмитриева. Среднего роста, среднего телосложения, круглолиций и темноволосый. Передо мной стоял мой ровесник. Растерянности или страха на его лице на было.
Первый вопрос задал начальник Управления НКВД Евсеичев:
— Что вас заставило совершить это преступление?
Дмитриев отвечал твердым голосом, полный уверенности в правоте своих действий. Я хорошо запомнил его слова.
— До войны, в газетах, по радио, в выступлениях руководителей всегда говорилось, что, если начнется война, мы будем воевать на территории противника. Немец все дальше лезет, смотрите, уже до Москвы дошел. Поэтому я решил совершить свой суд за обман народа.
— Вы руководствовались своим мнением или выполняли чье-то задание? — спросил Евсеичев.
— Это было мое собственное решение».
Полковник КГБ в отставке Михаил Яремич: «Профессиональных покушений на товарища Сталина не было. В первую очередь это наша, чекистов, заслуга: мы его берегли, как отца родного! Красноармейца Дмитриева, пальнувшего в Иосифа Виссарионовича осенью 42-го, я вообще в расчет не беру. Четыре выстрела из трехлинейки, пронесенной в центр города из-за недосмотра неопытной милиции. Да еще не прицельно, а так, от фонаря, в белый свет, как в копеечку. Нет, это не серьезное нападение, а детсадовская шутка. Правда, время тогда, в начале войны, было суровое: приняли выходку этого плоскостопого вояки за теракт, провели следствие. Установили, что целью стрельбы действительно было покушение на товарища Сталина. Тем более что сам Дмитриев во всем сознался. Залепили ему расстрел по приговору Военной коллегии Верховного суда».
Чаще всего люди, совершающие покушение, — смертники. Они осознают это. Умирать после осуществления покушения не собираются только профессиональные киллеры.
Профессиональные киллеры имеют хорошую подготовку, за плечами у них либо спецподразделения армии и флота, либо участие в боевых операциях, либо они были подготовлены спецслужбами ныне распавшегося СССР и оттачивали свое мастерство и умение в специальных акциях.
Профессиональный киллер — это, как правило, человек, подготовленный государством.
Политики в процессе свой деятельности устраивают не всех — против них плетутся заговоры ближнего окружения, их подстерегают начиненные взрывчаткой автомобили и маньяки-одиночки. Приходится приспосабливаться к условиям жизни, увеличивая и сортируя охрану. Однако до высших должностных лиц государства добираться не так уж сложно, так как публичные политики просто обязаны постоянно появляться «на людях» — там их подстерегает множество разнообразных видов террористов. Во время теплых общений с народом президента России Бориса Ельцина охраняет около пятнадцати человек вблизи и двадцати — на подступах подальше. Это не считая сотен милиционеров, сотрудников ГБ и спецназа. Выставляются посты на ближайших зданиях, проверяются квартиры, а жильцов предупреждают, чтобы не открывали окна.
Считается, что Коржаков довел охрану президента до совершенства.
На вопрос журналиста: «Как произошло, что вы оказались в КГБ?» — генерал Коржаков ответил: «Я тогда очень активно занимался спортом. За «Динамо» играл. Если бы не попал служить в Кремль, сделал бы волейбольную карьеру. Так сложилось, что нужны были спортсмены для кремлевской команды. Набирали лыжников, борцов, стрелков, меня взяли как волейболиста. И действительно, когда сделали несколько таких наборов, положение на спартакиадах улучшилось. Я служил, получил несколько знаков отличия. Предложили остаться в девятом управлении. Выбрал подразделение, которое, с моей точки зрения, больше напоминало чекистское, — негласной охраны. Это когда человек, не выделяясь из толпы, выполняет свои функции. Почти восемь лет там отработал. Потом перешел в подразделение личной охраны».
Все пространство, окружающее телохранителя, условно можно разделить на пять зон. Первая — зона непосредственной близости — от 0 до 3–5 метров. Это пространство, в котором противник может совершить мгновенное нападение. Все объекты здесь пользуются повышенным вниманием. Вторая — ближняя зона от 5 до 20 метров. Внутри этой зоны возможно эффектное нападение с помощью легкого стрелкового оружия и применения метательных взрывных устройств. Третья — от 20 до 300 метров. Внутри нее возможно эффектное нападение с помощью профессионального оружия. Четвертая — зона ближайшей видимости — в основном предназначена для ведения наблюдения и изучения, то есть сбора информации. Пятая зона — дальней видимости до 500 метров. Это предельное расстояние, на котором можно обнаружить опасность, оценить обстановку и принять решение.
Попытаться устранить политического лидера может тот, кто считает себя профессионалом, — хладнокровный, прекрасно подготовленный и оснащенный, хитрый, не оставляющий без внимания ни одной мелочи киллер.
Около 40 процентов покушающихся — психопаты и фанатики, для которых пробиться к кажущемуся неприступной цитаделью политику не составит особого труда.
