Было и еще кое-что, что меня останавливало. Кто бы ни задушил Шефера на этом самом ковре – пролив сок, я уничтожу следы убийцы. Нет, я не могу так поступить, просто не могу…
В страхе, что сумасшедшая идея посетит меня снова, я оставила графин, отошла от столика, схватила свой ридикюль и бросилась из каюты вон.
Но уже в дверях столкнулась с Вальцем. Ахнула практически в голос.
Он видел что-то? Понял что-то? Ну разумеется, он догадался о моей безумной попытке уничтожить следы!
Или все же не догадался?!
– Простите, мадам Дюбуа, не хотел вас напугать, – он легко и галантно поклонился, не сводя с меня въедливого взгляда.
Возможно, в его взгляде было еще что-то, но мне он казался прилипчивым, излишне любопытным и желающим прочесть все мои потаенные мысли. Я дернулась в сторону:
– Вы меня не напугали, господин Вальц. Простите, я хочу увидеть детей.
– Бланш поднялась с Софи и Андре на палубу – я только что видел их, – степенно объяснился Вальц. – Думаю, подышать свежим морским воздухом не откажитесь и вы. Тем более что пароход снова тронулся в путь, и нам вот-вот откроются красивейшие виды.
Этот человек снова сбивал меня с толку.
– Мне позволено подниматься на палубу? – недоверчиво уточнила я. – Право, думала, я под домашним арестом, раз вы меня подозреваете в страшном преступлении.
Вальц обезоруживающе улыбнулся:
– Я не ваш похититель Шефер, и не ваш муж – чтоб держать вас взаперти. Разумеется, вы можете бывать где заблагорассудится. Позволите проводить вас на палубу прямо сейчас?
Он выставил локоть, и я, нервно оглянувшись, не нашла причин отказать. Мы вместе поднялись на открытый воздух.
Пароход и правда двинулся в путь, и я искренне этому радовалась, хоть глаза с непривычки до боли слепило ярким полуденным солнцем. Мы проплывали вдоль побережья шведского острова Готланд с его белыми песчаными пляжами, живописными дюнами и грозными скалами, на которые в бурю и правда могла напороться наша «Ундина». В глубину острова уходили поросшие зеленью рыбацкие деревушки и старинные каменные церкви.
– Готланд… – произнесла я, и меня осенило, – неужто эта земля названа в честь племен готов?
– Совершенно верно, – согласился Вальц, – частичка средневековья, чудом дожившая до наших лет. Висбю, главный город острова, основали древние языческие племена готов. Земля готов – так его звали исстари, и даже славяне в свое время нарекли Готским берегом.
– Здесь бывали славяне?
– Несомненно. Висбю был крупным центром торговли в средние века. Тогда же немецкие народы торговли ради ходили на Новгород под готландским флагом.
– Последний оплот Европы в Балтийском море, – выговорила я с легкой улыбкой и не без интереса посмотрела на восток.
– Можно сказать так, – согласился Вальц, тоже улыбаясь и не сводя взора с моего лица. – Следующим островом, что нам встретится, будет уже Эзель, который русский полагают своим.
– А вы не полагаете? – наивно изумилась я.
Вальц пожал плечами:
– Много крови было пролито за этот остров. Сейчас уж не допытаться, кому он принадлежит по праву.
Я тоже повела плечами и легкомысленно отмахнулась:
– Никогда не была сильна в истории.
Про себя же решила, что муж мой прав, господин Вальц нам не друг и никогда им не станет. К сожалению. Хотя и записывать обер-лейтенанта во враги я не собиралась, что бы там месье Дюбуа ни говорил.
Рука Вальца под форменным мундиром была крепкой, мускулистой и надежной. Не скрою, даже беспокойство мое как будто отступило, когда он вел меня по палубе среди редких прогуливающихся пассажиров.
Против воли, я улыбнулась Вальцу вполне искренне.
Вальц, ту улыбку поймав, вдруг сбавил шаг, и мы остановились у борта, там, где шум волн скрывал наши голоса от посторонних ушей. Взгляд его задержался на моем лице, сделавшись особенно теплым, а я, улыбаясь в ответ, все не могла понять, отчего не чувствую неловкости.
– Знаете, Лили, – сказал тогда Вальц, – должен признать, я понимаю месье Дюбуа: будь я на его месте, тоже прятал бы вас от посторонних взоров и сходил бы с ума от ревности.
Мою руку он все еще держал в своей, будто бы случайно.
– Мой муж достаточно уверен в себе, чтоб не изводиться глупой ревностью, – легко отозвалась я.
– Да? Что ж, я полагал, месье Дюбуа умнее. Опять же – на его месте – я бы ревновал вас к каждому столбу.
– И держали бы меня взаперти?
Вальц сжал мою руку чуть сильнее и, не спеша поднес ее к своим губам. Коснулся моей кожи тепло и невесомо, взглядом встретился с моими глазами.
– Возможно, – ответил он. – Но я ведь не на его месте. Вовсе не на его, Лили.
Я вытянула свои пальцы и нервно оглянулась: нас не видел никто, слава Богу.
– Мне нужно идти, господин Вальц, – с нажимом произнесла я, – я вышла сюда ради детей.
