-- Дотянул, -- не менее мрачно резюмировала я, -- ну что ж, приносите его или приводите, как получится. Только с ведущим целителем договоритесь, объясните ему ситуацию -- все же я здесь не хозяйка.
Вейстиора доставили на следующий день. Узнать его было невозможно. Куда делся цветущий эльфийский юноша? Серое лицо, потухший взгляд, судорожно искривленный рот, дрожащие руки и ноги... Страшно смотреть!
Увидев меня, он дернулся конвульсивно, потом сполз с кресла, в которое его усадили, на пол и попытался встать на колени.
-- Прости, -- прохрипел он.
-- Ты просишь прощения у меня? -- строго спросила.
-- У тебя... И у всех девушек человеческих, которых обидел.
-- И ты больше не относишься к людям с презрением?
-- Нет, -- захныкал эльф, -- я жалок по сравнению с людьми. Они живут без магической оболочки -- и живут по-настоящему. А я не могу, я слабак...
Я могла бы поспорить, что дело не в его слабости, а в том, что у него эта оболочка была всегда, он не сумел жить без того, к чему привыкло и тело его, и разум. Могла бы, но не стала. Не из жестокости, а просто бессмысленно спорить с кем-то в таком состоянии. Поэтому я просто задала ему последний свой вопрос:
-- И ты не станешь насильно или с помощью магии склонять к близости тех, кто на самом деле ее не желает?
-- Нет! -- эльф вздрогнул, будто в моем предположении было что-то ужасное, противоестественное.
-- Я верю тебе, Вейстиор. И попытаюсь помочь.
Легко сказать "попытаюсь помочь", а как это сделать на самом деле, когда вместо магической оболочки обнаруживаются лишь обрывки да клочья? Когда даже не представляешь себе, с какой стороны браться за такую работу и где взять столько сил, сколько может для нее понадобиться?
-- Мне нужно в храм, -- только и смогла пробормотать я, когда вдоволь на смотрелась на фронт предстоящих работ.
В лечебнице была молельня, посвященная только Таниэрэ. Эльфы вообще очень почитали эту богиню, не только больные и целители. Она ведь покровительствовала и созидателям, а эльфы в большинстве своем -- как раз мастера и художники. Я уже дважды заходила в эту молельню, и в этот раз точно знала, куда мне идти.
Маленький храм почти никогда не пустовал, но на этот раз мне повезло -- там никого не было. Я опустилась на колени перед статуей богини, хотя на самом деле была далека от смиренного поклонения. Наоборот, я сердилась на богиню и считала, что она подставила меня. В конце концов, от приставучего эльфа я могла отбиться без привлечения высших сил. А теперь я вынуждена разгребать последствия ее вмешательства.
Собственно, примерно это я и сообщила Таниэрэ, стоя на коленях перед ее статуей.
-- И что мне теперь делать прикажешь? -- вопросила я. -- Где мне взять силы и умение, чтобы спасти этого несчастного, а?
На сей раз богиня все-таки соизволила ответить мне:
-- Поменьше дерзости, смертная! Я это затеяла, я тебе и справиться помогу.
-- Как?
-- Просто делай. Ты ведь структуру сферы жизни эльфийского мужчины знаешь наизусть? Будешь восстанавливать, а я тебе сил добавлю.
Что правда, то правда -- тонкие структуры эльфов я выучила назубок, стоит закрыть глаза -- и перед внутренним взором возникает картинка со всеми подробностями.
-- Восстанавливать полностью или задать программу развития? -- уточнила я.
-- С программой ты не справишься, опыта маловато. Так что будешь мастерить сама. Как ремесленница.
-- Главное, чтобы не как художница, -- фыркнула я, -- а то как на фантазирую!
Богиня ничего не ответила, но чувствовалось, что она улыбается. И это придало мне уверенности. Теперь я шла обратно к моему пациенту и была уверена, что справлюсь, даже если богиня не станет вливать в меня силы. Ничего, твердила я, если что, эльфы обеспечат силовую поддержку.
Тянуть с восстановлением сферы жизни Вейстиора было никак нельзя, его время почти истекло, но именно на этот день были запланированы две операции, все целители были заняты, а одна я бы за такую работу не взялась. Поэтому пришлось погрузить Вейстиора в стазис во избежание ухудшения, а операцию назначили на следующее утро.
Старший приятель эльфа, назвавшийся (наконец-то!) Легриниаром, остановился в гостинице, не желая оставлять товарища, и вечер мы провели в моих апартаментах за разговорами.
