— Видимо, я перестарался. Мне хотелось всего лишь намекнуть на то, что я близок к подведению жизненных итогов. Без этого приглашение выглядело бы менее убедительно.
— Так или иначе, вы в добром здравии, а я у вас в гостях. Причем не один. Со мной матушка и две ее протеже — Роксана Рэдклиф и Софи Уилки. Признаться, я не ожидал увидеть здесь Ричарда. Каковы ваши намерения, сэр?
— Намерения? Я намерен похоронить нашу вражду.
— Вместе со мной?
— Нет. — Руперт Лэнгуорт выхватил пистолет и выстрелил.
Джулиан судорожно вздохнул, когда пуля вонзилась в книжную полку в трех футах слева от него. Он не двинулся с места, только продолжал смотреть на барона.
— Как видишь, я легко мог бы убить тебя и освободить Ричарда от его навязчивой идеи.
Сердце Джулиана отбивало барабанную дробь.
— Несомненно, сэр, как и то, что вас бы потом повесили.
— За то, что я покарал убийцу моей дочери? Думаю, присяжные вынесли бы мне оправдательный вердикт. — Руперт завернул пистолет в носовой платок и аккуратно положил в верхний ящик стола.
— Я уже устал повторять вам, сэр. Вы знаете, что я не убивал Лили. Я бы скорее застрелил себя.
— Я не удивляюсь твоему хладнокровию, — ответил барон. — Твой отец был таким же. Его невозможно было запугать, как бы кто ни старался. Ты не знал своего отца, и очень жаль, он был достоин восхищения. Но когда твоя мать забеременела, он был уже стариком. В молодости он казался мне богом — сильным, могучим, повелевающим всем и всеми вокруг. Он проводил больше времени в Рейвенскаре, чем в Маунт-Берни. Ему всегда нравилось, как замок угрожающе нависает над морем, готовый отразить любое вторжение. Однажды, помню, он заметил, что, если бы ему пришлось стать домом, он стал бы Рейвенскаром — крепким, надежным и прекрасно выглядящим, разумеется.
Джулиану никто никогда не рассказывал ничего подобного об отце — тем более барон Перли. Джулиан всегда представлял старого герцога выжившим из ума стариком, хотя Коринна никогда ничего подобного не говорила. Но Лорелея Монро, жена Константина и герцогиня Брабант, все время ругала старого герцога, и Джулиан понял теперь, как глубоко ее слова повлияли на него. Сглотнув, он медленно повторил:
— Вы говорите, мой отец был сильным? Могучим?
Руперт кивнул.
— Его сила была легендарной, он также мог очаровать любого умом и манерой говорить. Его наследник, твои брат Константин, которого я очень уважаю, никогда не ощущал так остро свое место в мире. Это может показаться странным, ведь он управляет своими владениями справедливо и с умом. Но ты больше похож на своего отца, чем Константин, — глупое имя, как выразился однажды старый герцог, но оно подходит твоему брату. Тебе имя он выбрал сам. Знаешь почему?
Джулиан отрицательно покачал головой.
— Джулиан — в честь Юлия Цезаря, правителя миллионной империи и человека проницательного и стойкого. Твой отец говорил мне, что ты не будешь герцогом — но будешь Принцем. Джулиан ничего этого не знал.
— Я довольно неловко чувствую себя из-за того, что все в Корнуолле называют меня Принцем, — заметил он.
— Не важно. Так приказал твой отец. Все привыкли называть тебя так. Так он хотел, и так стало. Лежа на смертном одре, он прошептал: «Мой сын — Принц Рейвенскар». Я вижу, ты не знал этого. Значит, твой отец так и не рассказал жене, почему он хотел, чтобы ты был Принцем.
— Когда я спросил матушку, Принц ли я, она ответила, что так меня называл отец и все остальные вслед за ним. — Джулиан криво усмехнулся. — Я должен был просто принять это и не возражать. Ничего более. — Он замолчал и покачал головой. — Юлий Цезарь… Мой отец ждал от меня многого. Боюсь, я не оправдаю его надежд.
— Ты уже оставил свой след в мире. А твоя прекрасная матушка? Твой отец с первого взгляда влюбился в нее. Ни Константин, ни друзья герцога не смогли его отговорить. Думаю, он умирал, довольный прожитой жизнью. Коринна была очень юна, невинна и красива, но ее семья была не только бедна, но и алчна. Они продали ее старику. Твоего отца это не волновало. Зачем ему были деньги? Ему нужна была твоя мать, он заплатил ее семье порядочную сумму и женился на ней. Когда родился ты, старый герцог был куда более счастлив, чем когда родился Константин. Как я уже говорил, ты очень похож на него. И вполне достоин звания Принца.
— Вы знали все это, — медленно произнес Джулиан, — и ничего мне не рассказали. Почему? Вы никогда не говорили со мной об отце.
— Прости. Время летит так быстро. Я помню, когда твой отец умер, Коринна хотела отвезти тебя обратно к своей семье. К несчастью, ее отец и мать умерли от лихорадки. Выжили только несколько кузенов и кузин, никому из них ты был не нужен, и она пришла за помощью ко мне.
— Однажды я спросил матушку о ее семье, — заметил Джулиан, — но она только сказала, что они мертвы. Но прошли годы, сэр, а вы так ничего мне и не рассказали.
Барон пожал плечами.
— Мы обычно больше думаем о настоящем, о людях, с которыми общаемся в данный момент, чем о тех, кто уже мертв. Сейчас все изменилось.
— Расскажите мне об отце.
