Оба джентльмена отказались от чая и отправились переодеться и вымыться. Через какое-то время Джулиан и Девлин вернулись к дамам и рассказали о пожаре.
— Не было никаких признаков поджога, — сказал Девлин, — но мы знаем, кто-то сделал это с умыслом.
Джулиан поднялся, когда Софи спросила его, не устроит ли он им тур по дому — нет, дворцу, поправилась она. Он улыбнулся и повернулся к Вики:
— Ты пойдешь с нами? Ты знаешь каждый закоулок и щель в этой груде камней.
— Нет, Джулиан, я не хочу больше никуда сегодня идти, — произнесла Вики и откусила еще чуть-чуть пирога. — Рейвенскар — не груда камней. В новом семейном крыле есть ватерклозеты. Насколько я помню, шесть. А позже я хотела бы осмотреть руины.
В холле Девлин остановился перед одним из доспехов.
— Роксана, только посмотрите на этого рыцаря. Вы можете представить, как чувствовал бы себя человек внутри? Уверен, он бы умер от теплового удара.
— Посмотрите на ржавчину, Девлин. Как вы думаете, может, это древняя высохшая кровь?
Софи и Джулиан оставили их обсуждать, каково сражаться, будучи погребенным в броне, и направились в другое крыло дома.
— От вас все еще пахнет дымом, — произнесла Софи. — Полагаю, пройдет немало времени, прежде чем вы отделаетесь от запаха. По крайней мере вы не обожглись. Вы ведь не обожглись?
Он отрицательно покачал головой.
— Мой камердинер Плиний не так оптимистично смотрит на вещи. В данный момент он стонет и заламывает руки, в весьма витиеватых выражениях упрекая меня во вреде, причиненном отличному сюртуку. Он большой любитель трагедий.
— Прикажите ему взять сюртук и кинуть его на горячие угли вдовьего домика.
— Уничтожить улики?
— Правильно. Никаких доказательств.
Он поглядел на нее улыбаясь.
— Неплохая идея.
— Значит, все здесь называют вас Принцем?
Он рассмеялся.
— Не надо упражняться на мне в остроумии. Обещаю, я не собираюсь становиться несносным толстым идиотом и командовать окружающими. Честно говоря, я уже даже не обращаю внимания на это прозвище — меня звали так всю жизнь.
Когда Джулиан остановился перед большим портретом Джентльмена в брыжах и бархатных штанах, Софи продолжила:
— Пуффер говорит, поджог устроили молодые бесенята.
— Сомневаюсь, я не видел в округе никаких следов раздвоенных копыт.
— Это Ричард, — сухо произнесла Софи. — Он, вероятно, нанял местного жителя. Хотела бы я пронзить ему глотку мечом, Джулиан. Я почувствовала запах собаки, когда вошла в холл. Где ваши спаниели?
— Они, вероятно, в кабинете. Там они проводят большую часть времени. В отличие от кабинета в Хардкросс-Мэноре с его маленьким закрытым садом кабинет Рейвенскара выходит на пустошь, тянущуюся до самых скал. Спаниели постоянно соревнуются друг с другом, кто ближе подбежит к обрыву; прежде чем остановиться. Нет, не беспокойтесь, никто из них не упал и никто не поранился.
— Я бы хотела увидеть их. Мой мопс умер в прошлом году от старости. Я скучаю по нему.
— Хорошо. — Джулиан направился по коридору. — Это той-спаниели, из одного помета, им всего по году. Следите за своим платьем. Хотя они и хорошо обучены, вы — новое лицо и возможная угроза. Они будут меня защищать.
— Правильно. Ведь вы — их Принц.
Он только приподнял темную бровь.
Они услышали громкий лай, прежде чем Джулиан открыл тяжелую дубовую дверь. Четверо длинноухих спаниелей с бешеной скоростью подбежали к Джулиану и запрыгали вокруг него, лая изо всей силы, виляя хвостами со страшной скоростью. Они совершенно не обратили никакого внимания на Софи. «Хороши защитники», — подумала она. Она наблюдала, как Джулиан тянет их за уши, как он называет их по именам и гладит каждого — почесывает им брюшко, пока они неистово облизывают его. Потом он встал.
— Сидеть! — Все четыре спаниеля послушно сели в шеренгу перед ним. — Это Софи. Она молодая леди, поэтому обращайтесь с ней по-доброму и будьте с ней терпеливы. А теперь познакомьтесь. Софи — это Клетус, Оливер, Гортензия и Беатрис.
Они не стали прыгать вокруг нее, только обнюхали юбки, спокойно тявкнули и вернулись в шеренгу.
— Пуффер продолжает дрессировать их, — сказал Джулиан, — и творит чудеса. Если бы он приказал им выплюнуть хорошо приготовленный кусок мяса, они бы его послушались. Они учились, пока я был в Лондоне с матерью. Сядьте, Софи.
Когда она села, один из спаниелей вскочил и лизнул ей ладонь. Скоро она оказалась в плотном окружении собак, наперебой требующих ее внимания.
Джулиан стоял у маленького камина, скрестив руки на груди, и наблюдал. Он видел, как Софи радуется, как она смеется, и внутри у него зашевелилось какое-то чувство. Она ребенок, просто милый, невинный ребенок. Софи очаровала его искренностью и открытостью, абсолютным отсутствием фальши и хитрости. Она ничего не знает о мире, в особенности — о его мире. Ее нужно защищать, заботиться о ней.
— Клетус, перестань жевать волосы Софи.
Софи, смеясь, взяла Клетуса на руки, прижала к себе и начала укачивать.
— Значит, ты Клетус?
— Давайте выведем их на прогулку.
Когда четыре спаниеля во весь опор помчались к краю скалы в шестидесяти футах от них, Джулиан остановил Софи.
