Хорошо, что сам Лев Иванович на меня зла не держал, у нас с ним потом были очень теплые отношения.
Во время турне сборной СССР по Бразилии я был уже тренером и жил в номере рядом с Николаем Петровичем. И однажды на рассвете слышу, как где – то рядом раздается страшный грохот. Выглядываю в коридор и вижу, возле номера Старостина стоит очень красивая девушка и колотит изо всех сил в дверь. Николай Петрович открывает в своих черных семейных трусах, надевает на нос очки и интеллигентно спрашивает: «В чем дело?» Девушка же возмущенно повторяет только одно слово: «Динеро, динеро!» То есть требует денег. Николай Петрович ничего не понимает, сбегается народ и тоже ничего понять не может. Девица орет еще громче. Снизу прибегает портье, извиняется и ее быстренько уводит.
Утром выясняется, что это довольно обычная ситуация. Девушке кто – то недоплатил, и она вернулась, чтобы потребовать заработанные деньги. Но ошиблась этажом. Хотя над Николаем Петровичем после этого подшучивали, спрашивали, почему же он денег для бедной бразильянки пожалел.
В Ирландии перед игрой тренерский штаб сборной: Бесков, Старостин и я, были приглашены на прием. Подали горячее, десерт и предлагают кофе по – ирландски. То есть в высоком стакане 50 граммов кофе, 50 – виски и 50 – взбитых сливок. Мы с Бесковым знали, что это такое, а Николай Петрович – нет. Он вообще не пил и не курил. И когда мы еще игроками начинали его травить, мол, Николай Петрович, неужели за всю жизнь ни грамма не выпил, отвечал: «Было однажды. На собственной свадьбе в меня вкатили бокал пива». С нажимом так на «О» говорил: «бОкал пи – ива».
И мы заказываем по порции айриш – кофе, потом еще по одной, потом и по третьей. И получается, что Старостин выпил разом 150 граммов крепчайшего виски. Садимся в машину, и он начинает петь песни. А песня у него была одна на какой – то опереточный мотив: «Николай Петрович, вы помолодели! Николай Петрович, вы опять у власти!» И так всю дорогу до отеля.
На следующий день мы ему признались, что он нарушил нечаянно режим. Он нам так задумчиво отвечает:
– То – то я смотрю, меня на песняка потянуло!
Когда я был тренером второй сборной СССР, играли мы товарищеский матч в Венгрии с местной командой «Татабанья». Весь матч давили, но на табло все равно 0:0. Сергей Андреев тогда штук восемь не забил верных: и в упор бил выше ворот, и во вратаря попадал, и из вне игры в сетку мяч отправлял… И тут за пять минут до конца контратака и наш центральный защитник Тенгиз Сулаквелидзе в подкате протыкает мяч в свои ворота. Приходим в раздевалку, расстроены, но я его при всех ругать не стал. Захожу после игры к нему в номер:
– Как же так вышло, Сула?
Он тогда еще совсем молодой был, даже не в Тбилиси еще, а в Кутаиси играл, и по – русски плохо говорил.
– Олегича! Я отдаю, она выходит!
– Кто она, Сула?
– Дасаев!
Месяца через полтора мы полетели в турне по США. И первый матч у нас в Лос – Анджелесе со сборной Мексики. Даю установку на игру и в конце говорю о призовых:
– Ребята, так далеко летели, давайте сыграем как следует. Да и 500 долларов лишними у вас тоже, я думаю, не будут.
Ушел, а игроки между собой еще остались обсуждать предстоящий матч. И Валера Петраков смотрит, Тенгиз сидит у себя в углу задумчивый и что – то на пальцах считает.
– Сула! Ты чего там делаешь?
– Считаю. 500 долларов, нас 26. Это сколько на человека получается?
– Дурак! Каждому по 500! Он как подпрыгнет на месте:
– Аух! Мамув…бу!
И действительно, мы выиграли 1:0, а Сулаквелидзе был одним из лучших.
ДМИТРИЙ ЛОСЬКОВ – символ «Локомотива», один из сильнейший игроков в истории «железнодорожников». Дважды лучший футболист России, чемпион и многократный обладатель Кубка страны, один из самых результативных игроков отечественной современности. Король стандартов, человек с уникальным ударом и потрясающим пасом. Несмотря на внешнюю замкнутость и немногословность, является прекрасным рассказчиком. Последние годы защищает цвета «Сатурна».
Почти каждый одноклубник в моей жизни оставил о себе яркую память. Заза Джанашия по количеству воспоминаний – вне конкуренции. То соседей затопит, то с фингалом после драки в баре на тренировку придет, то со счета собственных машин собьется, то из Грузии после отпуска килограммов десять лишних привезет… Как – то заходит самолет на посадку. Заза смотрит в иллюминатор: «Как же красива наша Москва»! Все смеются: «Да какая ваша, Заза»… Этот «житель столицы» неделей ранее полночи кружил по МКАДу на своей «семерке», искал поворот на Щелковское шоссе. Лишь когда на третий круг пошел, на указатели смотреть догадался.
