— Я изучил запрашиваемые вами материалы и нашёл кое-что интересное. У всех убитых, в основном, на тканях лёгких есть небольшие чёрные пятна. Даже не небольшие — а очень маленькие. Невооружённым взглядом они не видны, а под микроскопом можно обнаружить, если только точно знать, что искать. Просмотрев образцы Мишель Коутер, я обнаружил ещё довольно свежие точки. Не знаю даже, каким образом это удалось — они очень удачно прятались в клетках, паразитируя на мембранах. Но не в этом суть. Просмотрев и поискав в более старых образцах, я нашёл те же пятна большего размера. Правда со временем они уже теряли свои свойства, и стоило только мне дотронуться до одного из таких пятен, как оно стёрлось.
— Что это? — спросил старший следователь. Медэксперт для наглядности нам показал образцы тканей лёгких Лои под микроскопом, увеличив его, насколько только было возможно. Но даже так мне удалось разглядеть эти точки с трудом.
— Это остаточный след от гелия, — ответила вместо Дака я. — При взаимодействии с посторонней магией, он стирает её следы, оставляя за собой вот такие пятна. Теперь понятно, почему ничего не было обнаружено ранее. Если не знать, что искать — то эти пятна почти и не заметны. Используя малое количество гелия, и дожидаясь, пока он полностью выйдет из тела, жертву просто отдавали стражам. На убитых уже не было следов и признаков от вмешательства чужой магии, найти пятна легко можно лишь в более старых и уже полу разрушившихся тканях. А так как к тому времени дело закроют, никто не будет изучать их и интересоваться, что за аномалия. Вот и вся тайна.
Page 2
— Я не знал, что гелий может скрывать следы чужой магии, — удивлённо произнёс судмедэксперт.
— Мне сегодня Фрэнки подкинул интересную по этому поводу информацию. Не знаю, где он её откопал. Но подозреваю, её в обычной библиотеке в методичках по магической химии не найдёшь.
— Всё серьёзнее, чем мы думали…
— И подозреваю, что это только начало, — кивнула я. — Спасибо, Дак! Ты нам очень помог. А образцы Милли и Даны не проверяли?
— Да не за что, это ведь моя работа, — слабо улыбнулся мне мужчина. — Нет, Милли вы не запрашивали, а образцов Даны у меня нет.
— Их не передали? — недовольно нахмурилась я. Сперва убийство моей сестры замяли, назвав суицидом, теперь не отдают образцы. Чего скрывают от нас стражи МиронСити? Или не они… Кто-то из них должно быть свой человек этих убийц.
«Но только ли там? Что если и здесь есть кто-то, кто и прикрывал все эти дела, не давая им ход для развития?» — задалась вдруг вопросом.
Скосила глаза на старшего следователя. Помнится, он не желал рассматривать дело Лои. А сейчас не дал добро на рассмотрение образцов тканей Милли. Связан ли он как-то с этим или все совпадения чисто случайны? Пока оставлю при себе эти мысли.
— Нет, в нашей базе их нету.
— Мы сделаем запрос через Гордона в таком случае, — кивнул серьёзно напарник. — Пока не можешь осмотреть Милли?
— Без проблем. Жду от вас образцы.
Пообещав их быстро достать, мы в задумчивости направились в кабинет. Не знаю, чем был озадачен Михей, а я вот активно развивала в голове мысль о затесавшейся в наши ряды крысе. Даже Логист с Чтецом подтвердили, что часть дел суицидников не относятся к суициду совсем, однако их быстро закрыли, сдав в архив. Не реши я там покопаться и выудить это на свет, они так бы и погрязли в паутине лет да пыли. Кому так не выгодно это расследование? Пока идёт всё тихо. Но если верить словам Миха и его бывшая напарница умерла, узнав слишком много о тех, кто помог «самоубийцам», то до какой черты позволят дойти и нам в этом расследовании? Где эта грань, переходить которую запрещено не в меру любопытным и преданным делу стражам?
Слишком много вопросов. И пока ни одного ответа, ни одной зацепки. Мы движемся медленно и не так продуктивно, как хотелось бы. По крайней мере, стоит порадоваться тому, что движемся по дороге расследования вообще.
В кабинете нас ждала очередная радостная новость: пикап вампира нашли. Тот движется по шоссе в сторону спальных районов. Примерно такие же небольшие коттеджные посёлки, в которых орудовал вышедший из комы некромант, только для граждан более низкого сословия. Пробив номера по базе данных, узнали, что машина принадлежит Винту Морису, парню с окраины. Это послужило своеобразным сигналом. Наши ребята оперативно собрались и выехали на операцию захвата. Я привычно осталась в управлении. В конце концов, моя работа заключается в расследовании и помощи с допросом, а не поимке преступников.
— Ты только посмотри, что я нашёл! — радостно воскликнул чей-то голос, вырывая меня из раздумий. Перед носом на стол бухнулась нескончаемая кипа макулатуры. Старые книги, книги новые, журналы, тетради…
Непонимающе посмотрев на Сплетника, попыталась понять, чему тут радоваться. А мне сразу же с охотой принялись всё пояснять:
