Веселье продолжалось до тех пор, пока морда единорога-охранника не заглянула в полуоткрытое окно, что означало только одно: всем пора спать — и младшим, и старшим. Единороги вообще очень ревностно относились к дисциплине и не допускали даже мысли о том, что кто-то до глубокой ночи будет гулять и балагурить. Правда, строгих стражей порядка было очень легко задобрить — достаточно только протянуть им большую спелую морковку, как они начинали чавкать и забывали обо всем на свете. Так что охранники из них были никудышные.
Впрочем, непрошенные гости едва ли могли пробраться на территорию школы, и тому было несколько причин. Во-первых, лощина, где находился Троссард-Холл, была со всех сторон окружена лесным лабиринтом, таким дремучим и непроходимым, что даже знающие люди не рисковали туда заходить. Старые долговязые ели создавали непроходимый заслон, сравнимый разве что с неприступной крепостной стеной, куда не мог пробраться враг. Во-вторых, удачное расположение скрывало этот живописный уголок от глаз тех, кто имел возможность созерцать его с высоты птичьего полета. Вид на город открывался только под определенным углом; в противном случае попытка разглядеть что-либо внизу заканчивалась неудачей. Такой обман зрения казался студентам необъяснимым; впрочем, как и многие другие природные феномены этой местности, например, теплая оюньская погода круглый год. Вместе с тем, все это добавляло Троссард-Холлу некой таинственности и загадочности; некоторые люди хотели сюда попасть только ради того, чтобы воочию увидеть все эти необычные вещи. Никому не приходило в голову, что в лощине может быть небезопасно; сама природа, казалось, говорила о том, что это место находится под ее особым присмотром. И сейчас, когда вся школа погрузилась в сон, среди ребят не встретилось ни одного, который со страхом прислушивался бы к ночным шорохам и звукам.
Артур проснулся глубокой ночью от громкого посапывания Тина. Тот сладко причмокивал во сне, смешно свернувшись на кровати калачиком, и напоминал сейчас котенка, ненароком забредшего на хозяйскую постель. Тин спал крепко, и разбудить его сейчас было практически невозможным предприятием. Артур улыбнулся и закрыл глаза, однако загадочный шелест за окном заставил его прислушаться. И что было такого странного в этом звуке? Ветер либо же какой ночной зверек вполне мог шуршать подобным образом… Тем не менее, любопытство заставило Артура подняться с кровати и решительно двинуться в сторону холла, откуда можно было выйти наружу из домика.
Мальчик быстро накинул на плечи свой полушубок и осторожно, стараясь никого не разбудить, покинул натопленное помещение. Его сразу же поприветствовал холодный смраденьский ветер.
Вокруг, надо сказать, было довольно жутко — масляные фонари никак не справлялись с чернотой ночи и освещали лишь себя, поблескивая в темноте, как глаза хищного зверя. Высокая стена черного леса подступала прямо к спальному домику Морских львов; искривленные старые деревья жадно тянули к нему свои ветви, словно желая схватить покрепче, а из чащи доносились протяжные завывания каких-то ночных обитателей, судя по всему, отнюдь не безобидных. Однако юношу, который с детства привык жить в непосредственной близости от леса, вовсе не напугала зловещая атмосфера, царившая в лощине. Он задумчиво стоял перед своим шале, с наслаждением вдыхая свежий воздух. Снег, еще недавно покрывавший городок студентов, успел растаять и превратиться в жидкую грязь, хотя вокруг их дома еще лежали довольно крупные белоснежные островки.
Отчего-то юноше совсем расхотелось спать. Он задумался о том, как ему удалось попасть сюда, и что его ждет. Был ли какой-то скрытый смысл в том, что Баклажанчик принес его именно в Троссард-Холл или так получилось случайно? Зачем вообще единорог забрал его с площади? Что за странные чары околдовали его разум, подтолкнув к тому, чтобы он сам сел на спину крылатого зверя? Что, наконец, хотел от них тот второй, белый единорог? Сейчас, со всей ясностью вспоминая подробности злополучного полета, мальчик мог с убеждением сказать, что белый зверь пытался напасть именно на него. Но с какой целью? Все произошедшее в воздухе в тот день было окутано какой-то непостижимой тайной, которую мальчик очень хотел бы разгадать.
Артур также думал о своей кормилице. Левруда, возможно, уже не надеется увидеть своего подопечного живым… Хорошо же он отплатил ей за любовь и доброту, нечего сказать; улетел на единороге, даже не попрощавшись. Кто теперь будет помогать ей утеплять ставни от смраденьских холодов и носить продукты?
