– Ты Фьяметта.
– Ну, ты же все знаешь. – Она фыркнула: – Убери стрелялку, пожалуйста, меня нервирует ее вид.
Кивнув, он спрятал пистолет в карман и расстегнул куртку.
– Паола, помоги мне с ботинками, пальцы не слушаются.
Руки у него и правда распухли, непонятно даже, как держал пистолет, но это не важно – все равно силы меня почти покинули. Я не могу наклониться, болит все тело, а копчик, похоже, превратился в нарыв, потому что дергающая боль сводит меня с ума.
– Плохи дела. – Фьяметта помогает Билли-Рею с обувью. – Нужен доктор, а у меня никого нет на примете.
– Букеру позвони.
– Букеру? – Фьяметта удивленно вскинула брови. – У меня нет его телефона.
– У меня есть. Скажи, пусть мой рюкзак захватит.
Потому что, даже если признать, что я похудела – а я похудела, не сомневайтесь! – в шмотки Фьяметты я не влезу ни за какие коврижки. А потому мне нужен мой рюкзак.
– Сказал, что сейчас будет. – Фьяметта открыла шкаф и вытащила свежие полотенца. – Давайте по очереди в ванную. Билли, наденешь майку и спортивки моего мужа, он сейчас в рейсе, но возражать не стал бы. Лялька, а тебе я выдам халат моей свекрови. Все чистое, стираное, не беспокойся. Просто ты выше меня ростом…
– …и значительно толще, договаривай уже. Спасибо, давай халат.
Она тоже называет меня этим кукольным именем – Лялька, хотя и зовут меня по-другому, но люди отчего-то так интерпретируют, впрочем, мне безразлично. Я – Паола, это мое имя из той, счастливой жизни, где меня принимают такой, какая я есть, и не пытаются свои фобии и комплексы прикрыть заботой о моем благе.
Не знаю, как Билли-Рей сможет помыться, но помогать я ему не буду. Есть предел и для меня, одно дело – стукнуть ради него по черепу какого-то урода или провести вместе ночь в комнате, где на балконе мерзнут два трупа, и совсем другое – помогать мыться, это слишком интимно, чтобы… В общем, нет.
Но Билли-Рей помощи не просил и вышел из ванной как раз тогда, когда Букер позвонил в дверь. О радость, он привез мой рюкзак, там белье, кремы и чистая одежда!
– Мне свет нужен.
Фьяметта приносит еще одну лампу и послушно ассистирует Букеру, который занимается Билли-Реем.
– Ушибы в основном, а руки распухли из-за того, что долго были в наручниках. Вот мазь я привез, это уменьшит отек. Лицо тоже можно мазать. И полный покой, конечно же. Паола, иди сюда. Давай снимай халат, моя мечта сбылась – я увижу тебя голой. Жаль, нельзя об этом написать на Форуме.
Он шутит, а Фьяметта горестно вскрикнула, и лампа в ее руках задрожала.
– Ух ты…
Это Букер высказал свое профессиональное мнение. Диагноз такой, ага – «ух ты». И это он не моими сиськами восхищается, понятное дело. Потому что таким тоном, каким он сказал это свое «ух ты», обычно произносят: «Ишь, как ее поездом-то располовинило».
– Что?..
– Болеть это должно зверски. – Букер осторожно прикасается ко мне, и под его пальцами я вся пульсирую болью. – Все черное, синяк на всю спину, ягодицы, бедра. Ну и диск сейчас тебе вправлю, терпи.
Он нажал на поясницу, яркая вспышка боли погасила на миг весь свет на планете, но стало чуть легче.
– Лежи на животе, я тебя намажу. – Букер берет у Фьяметты баночку с мазью. – Только не спать, ребята, я сбегаю в аптеку, принесу лекарства. А пока что-нибудь съешьте оба, таблетки нужно принимать после еды. Фьяметта, дай им что-то поесть.
– Ага, я пюре сварила и курочку пожарила. Букер, а ты будешь?
– Буду, когда приду, а им сейчас неси прямо сюда. – Букер поднялся и вытер руки салфеткой. – Лежите, вставать нельзя. Я в толк не возьму, как ты в таком состоянии вершила подвиги, Паола, – и знать не хочу, если честно, у меня даже мысли болеть начинают, когда я пытаюсь это представить. Я наложил мазь, лежи на животе, мазь скоро впитается, и отек пойдет на убыль.
– Букер, а как там Нордиш и тот… ну, Семеныч?
– Норд в порядке, просто рана глубокая, пришлось заново почистить и зашить, а Семеныча мы прооперировали. Крови много потерял, но жить будет. – Букер поставил баночку с мазью на стол. – Сейчас приду, ребята. Без таблеток вы не обойдетесь.
Я думаю, нас сейчас ищут на всех парах, но не найдут, конечно. Форумные связи в реале не отслеживаются. В списке друзей могут быть случайные люди, а самых близких там может не оказаться. И звонок не отследят, номер-то новый, и со мной его тоже не свяжут, как не свяжут Букера с Фьяметтой. Мы только на Форуме друзья, и хотя меня реальную нашли, остальные до сих пор инкогнито, и связать со мной их невозможно.
Понятия не имею, откуда во мне все это: путать следы, прятаться. Наверное, от прадедушки Грабовского, серийного убийцы. Я думаю, и моя нестыковка с реальной жизнью тоже от него. Или же это в любом из нас есть, осталось в виде генетической памяти, и когда приходит время, оно просто всплывает на поверхность. Второй вариант мне нравится больше, понятное дело.
Или в прошлой жизни я была лисой. Тоже вариант.
