Причиной появления француженки в стамбульском серале была не только ее красота. Абдул Хамид I был добрым и благородным владыкой, но очень слабохарактерным человеком. И единственное, что ему удавалось, — плодить детей, которых у него было более двадцати. Но ни один из них не подходил на роль будущего владыки огромной империи, как никогда нуждавшейся в скорейшем обновлении и укреплении. И сделать это мог только энергичный и очень способный султан с новыми взглядами на мир. Ни о каком пришельце не могло быть и речи, и такого султана мог дать только гарем. Как всегда в таких случаях, очень многое зависело от матери, и вдова Мустафы III внимательно следила за всеми поступлениями во многие восточные гаремы, в которых у нее были свои люди. В свое время она сама прошла через это. Дочь грузинского священника, она в 1761 году была доставлена из далекого Гюрджистана с теми же целями: даровать достойного наследника султану. Грузинка прижилась в гареме и получила имя Михри-шах (Луноликая). Рождение наследника престола Селима укрепило ее положение, и после смерти Мустафы III Михри-шах сумела сохранить за собой при новом султане Абдул Хамиде I большое влияние при дворе благодаря своим связям с Европой и Кавказом. Селим не мог иметь детей, и можно себе представить, какая шла при дворе борьба за наследника. Однако Михри-шах ни одна из предполагаемых матерей будущего султана не устраивала, ведь мать будущего султана должна была обладать не только красотой, но и определенными способностями.
Она с нескрываемым интересом рассматривала закутанную в тончайшие шелка Эмэ ди Ривери. Француженка понравилась Михри-шах, и началась сложная наука гарема, в которой Эмэ учили искусству воздействия на тело немолодого и не очень здорового мужчины. Ей надлежало по возможности продлить жизнь быстро дряхлевшему Абдул Хамиду и в то же время уменьшить влияние на султана его первой жены, красавицы Айше, прозванной Черным Янтарем, за которой стояли самые знатные и воинственные курдские кланы. Тем более что сын Айше от Абдул Хамида I Мустафа уже начал душить кошек и обезьян в дворцовом зоопарке. И стань он султаном Османской империи, страна очень быстро погрязла бы в пучине гражданской войны.
К тому же в 1783 году Крым стал частью Российской империи, а сам крымский хан со своим гаремом перешел под покровительство турецкого султана. Шахин Гирей был прямым потомком Чингисхана, и, прервись ветвь Османов, крымские чингизиды с великой охотой завладели бы османским престолом. Мало кто сомневался в том, что империя сразу же начала бы кровавую войну с Россией за Крым, Кавказ и Кубань.
Эмэ учили так, как в гареме обучали только избранных! Тайная сила взглядов и особых слов, переливы ароматов тела при изменении позы и в движении, ритм дыхания, — все это должно было стать ее действенным оружием в обольщении и подчинении себе султана. И, как уже очень скоро выяснилось, усваивала она легко. Эмэ умела и любила учиться. С младых ногтей она не только верила в свое особое предназначение, но и всегда и везде стремилась быть первой во всем. И она решила сделать все возможное, чтобы именно она, а не порывистая и яростная в любви Черный Янтарь стала первой женой султана.
Но вот учеба была закончена, и Эмэ предстала перед султаном. Она уже прекрасно говорила по-турецки, читала стихи персидских поэтов, великолепно играла на гитаре и сумела-таки покорить пресыщенного Абдул Хамида. А покорив, и не думала отпускать его от себя. Она внимательно наблюдал за своим властелином и очень быстро нашла к нему ключи. Легкое покалывание плеч и поясницы ручными и ножными браслетами со вделанными в них рубинами особой огранки, тонкий и волнующий запах лимона между грудей и черноморской пинии в подколенных впадинах делали Абдул Хамида рабом его рабыни. С каждым днем она получала все большую власть над султаном, и на сочельник 1784 года был зачат будущий султан-реформатор Махмуд II — родственник великого Бонапарта.
Несмотря на все предсказания астрологов, Махмуд родился за два месяца до положенного срока, и счастливая мать сумела добиться того, что сам Селим пестовал очень милого и смышленого мальчика как родного сына. Только после рождения Махмуда Эмэ по-настоящему осознала, какую роль отводила ей Михри-шах в истории Османской империи. И надо отдать ей должное: она постаралась сделать сына восприимчивым ко всему новому, будь оно восточного или западного происхождения.
В 1789 году умер Абдул Хамид I, и на престол взошел Селим III, которому было суждено стать основоположником главных реформ в стране и который стал известен как «Хозяин мира». Умная, наблюдательная и прекрасно образованная Эмэ ди Ривери не только не затерялась среди его придворных, но уже очень скоро стала верным другом и близким советником нового султана.
