Тайны Залесья (СИ) полностью

Встал и пошёл, как ни в чём не бывало? Разве такое возможно? Я во все глаза смотрела на женщину рядом со мной, ожидая объяснений, но та молчала.

— Кстати, меня зовут Лена, — мягко произнесла она.

— Спасибо, Елена, — тут же выпалила я.

— Нет, Лена, — поправила она.

— Спасибо, Лена, — почему Лена? Будто мы сто лет знакомы… Ох уж это негородское гостеприимство.

Дверь приоткрылась, и мы обе повернулись на звук. Я ожидала увидеть маму, но вместо неё в комнату вошёл парень. Удивительно, что тут в округе, оказывается, так много моих сверстников! Да ещё и парней. Но этого высокого, красивого, светловолосого юношу я знала, точнее, видела когда-то раньше. Егор. Наши компании часто пересекались, но никакой дружбы, как и вражды, не было и в помине. Юноша задержал на мне свой взгляд и, без всякого сомнения, узнал меня. Он кивнул, будто мы встретились где-то на улице, и я вовсе не лежала на диване в, видимо, его доме, обильно обмотанная бинтами. Я нерешительно улыбнулась в ответ.

Егор перевёл взгляд на Лену. Как похожи! Бледная кожа, почти одинаковые глаза, только у юноши на краю небесно-голубой радужки, в отличие от глаз Лены, была зеленоватая кайма. Кем они друг другу приходятся?

— Я так поняла, с моим братом Егором ты уже знакома? — поинтересовалась женщина.

Брат? Мило.

— Что произошло? — ровным, спокойным голосом перебил Егор.

— Несчастный случай, — откликнулась Лена, — пьяный водитель, велосипедистка Олеся, обрыв. Весёлые истории!

Парень хмыкнул, его взгляд снова метнулся на меня и задержался на сломанной руке.

— Мои соболезнования, — немного равнодушно произнёс он и исчез за дверью.

Лена нахмурилась.

— Ему следует быть более гостеприимным.

Она встала, подошла к двери и только тогда обернулась:

— Я буду в соседней комнате, если что-нибудь понадобится, позови.

Остаться наедине с собой мне не помешает. Выражая своё согласие, я кивнула и осталась одна в этой комнате. Нужно восстановить полную цепь из событий, произошедших там, на улице.

Закрыла глаза, и перед мысленным взором возник автомобиль и его водитель. Теперь мне ясно это отрешённое выражение лица — всему виной нетрезвое состояние. Больше не прояснилось ничего. Яма под колесом, велосипед падает, а вместе с ним и я. А потом неимоверно сильный удар справа, которого, видимо, и не выдержали рёбра. Меня перевернуло, поэтому я не смогла увидеть всего, а когда уже летела вниз, зацепила мельком крушение машины за кустами. И что-то ещё…

Огромное лохматое чудовище, которое напало на водителя, и то, что спасло меня от столкновения с автомобилем — есть ли здесь связь? Если есть, то какая? Может быть, это вовсе и не пьяные бредни…

«Магии не существует, её придумали древние люди, чтобы объяснять все те явления, что происходят вокруг них», — заметил внутренний голос. Однако моя всегда непоколебимая уверенность в этом внезапно пошатнулась. Может быть иногда, на границе жизни и смерти, как это случилось у меня, что-то невероятное может произойти?

«Ты превращаешься в человека доисторических времён!» — возмутился разум, но спорить не стал. Да и как тут поспоришь?

Дверь снова отворилась, в комнату вошли мои родители. Мама вновь выглядела невозмутимой, а вот у отца при виде моего покалеченного тела глаза взобрались на лоб и стали оттуда кричать о несправедливости и жестокости жизни. Папа остановился у двери в нерешительности, всё ещё кидая на меня взгляды, полные сострадания.

— Олеся, можешь подняться? — спросила мама, встав возле меня.

Я пожала плечами. Стоит попробовать!

Рядом возникла Лена, и мы вздрогнули от неожиданности. Когда она вошла?

— Я помогу, — смущённо объяснила она и протянула мне свою изящную руку.

Мама последовала её примеру, и я ухватилась за них, как утопающий за спасательные круги в центре Тихого океана. Левая рука, от кисти до локтя укутанная в бинты, отозвалась болью, но я лишь стиснула зубы. К чему жаловаться? Отправят ещё в больницу, а мне такого счастья не надо.

Однако больницы всё-таки избежать не удалось, возле калитки стояла машина скорой помощи. Устраиваясь вместе с родителями внутри, я увидела в окне Егора. Парень смотрел прямо на меня спокойно и холодно. Хотя, я ему даже благодарна — это лучше, чем выслушивать, какая я «бедная и несчастная».

Несколько дней я безвылазно сидела дома. Руку завернули в гипс, а треснувшее ребро, которое подтвердил рентген, при ходьбе давало о себе знать. В один из таких однообразных дней, когда я снова перечитывала Шерлока Холмса, лёжа на кровати, в коридоре вдруг раздался знакомый голос. Я оторвала взгляд от книги и прислушалась.

— На улице такая шикарная погода, а она сидит взаперти, — Денис? Да ладно?

— Ей пока ещё тяжело ходить, — ответила мама, но в её голосе ясно чувствовалась симпатия. Странно, с моими школьными друзьями она так не разговаривает, а с парнем, которого видит второй раз в жизни — пожалуйста!