Марии Алехандре стоило труда перебороть себя, чтобы поехать в дом сенатора Эстевеса, но покидала его она с еще более тяжелым сердцем. Сначала ее неприятно поразило то, что Себастьян ничего не сказал ей о беременности Дельфины. Почему он промолчал? Мария Алехандра терялась в догадках. А потом циничное предложение Самуэля и угроза, нависшая над ее счастьем, над ее семьей… Кэти обратилась за помощью к Самуэлю? Что ж, у нее тоже есть к кому обратиться. Она попросит защиты у сенатора Касаса.
Камило Касас сел в машину и отъехал от дома, не обратив внимания, что вслед за его машиной, точно повторяя все ее маневры, едет машина Могольона. Камило ехал по ночным улицам города к своему секретарю Анне Марии. Сегодняшний разговор с ней оставил его в недоумении. Анна Мария говорила недомолвками и даже загадками, Упоминала о каком-то происшествии на острове и обещала все объяснить ему, если он приедет к ней домой сегодня вечером. Именно туда и направлялся Камило. Он остановил машину на тихой улице у дома Анны Марии. Могольон припарковал свою машину на противоположной стороне улицы и стал отдавать распоряжения своему помощнику-фотографу:
— Сделай фотографию сенатора, входящего в дом своей секретарши.
Фотограф был молодой человек, робкий на вид и несколько неловкий. Звали его Даго.
— Секундочку, шеф!.. Вот у меня телеобъектив, чтобы объект не заметил, что за ним следят… Так написано в учебнике! — Даго нацелил фотоаппарат с телеобъективом на сенатора Касаса и нажал на спуск, но забыл отключить вспышку и ее свет на секунду ослепил Камило.
— Что ты наделал! — набросился на фотографа Могольон.
— Я не хотел… Этот фотоаппарат у меня недавно и я еще не совсем с ним освоился… — оправдывался Даго. — Не думаю, что сенатор нас заметил. Он, наверно, подумал, что это молния.
Но Камило их заметил. Он спокойно подошел к машине Могольона и, пригнувшись к окошку, сказал:
— A-а, детектив Могольон! Не знаю, зачем вам понадобилась эта фотография, но на всякий случай пришлите мне копию.
Не дожидаясь ответа, Камило развернулся на каблуках и вошел в дом, где жила Анна Мария. Он поднялся в лифте и позвонил в дверь квартиры своей секретарши. Открыла ему Анна Мария. Одета она была в маленькое облегающее платье, оставляющее обнаженными руки и плечи. Камило, привыкший видеть ее в деловой одежде, удивленно разглядывал девушку.
— Заходите! — пригласила Анна Мария.
Камило зашел в комнату и недоуменно остановился на пороге. Посередине комнаты лежал пушистый ковер, по которому в живописном беспорядке были разбросаны подушки. В комнате стоял мягкий полумрак.
— Здесь очень красило! — подхватил Камило. — Сразу чувствуется, что у хозяйки этой квартиры хороший вкус. Но мне кажется, что обстановка здесь не самая подходящая для нашего разговора.
— А мы не будем много разговаривать, — сказала Анна Мария. — Мы просто проведем эту ночь вместе… Как на том острове. Садитесь, чувствуйте себя как дома… Сегодня ночью вы узнаете, какая на самом деле Анна Мария… И, возможно, какой на самом деле Камило Касас.
Анна Мария протянула ему бокал, в котором рубиновыми бликами играло вино.
— Не знаю, почему, но у меня такое ощущение, как будто я участвую в каком-то эксперименте, — сказал Камило, принимая из ее рук бокал и отпивая вино.
— Так оно и есть, — согласилась с ним Анна Мария.
— Мне очень приятно проводить с вами время… И здесь у вас так хорошо! — Камило отпил еще глоток вина. — Но мне не терпится услышать то, зачем я сюда пришел.
— Я же сказала, что сегодня мы почти не будем говорить… Или вы мне не доверяете? — Анна Мария отпила глоток вина из своего бокала и провела кончиком языка по верхней губе. Затем протянула свой бокал Камило: — А теперь отпейте отсюда!..
— Это такая игра? — спросил Камило и отпил вино из ее бокала.
— Да, это такая игра… Камило, я еще никогда ни с каким мужчиной не испытывала такого… Ты, победил во мне робость. Я стала другой женщиной… Я тебя шокирую моей откровенностью? — многозначительно глядя на него, спросила Анна Мария.
— Нет, нисколько… Но я никак не могу соотнести с собой твои слова… — удивленно поднял брови Камило.
— То, что произошло на острове, убедило меня в том, что ты — тот единственный мужчина, которого я ждала всю жизнь, — Анна Мария медленно приблизила к лицу Камило чувственно приоткрытые губы. Камило обнял девушку и впился в ее губы долгим, страстным поцелуем. Сквозь полуприкрытые ресницы Анна Мария следила за тем, чтобы видеокамера, спрятанная за подушками в углу комнаты, записала эту сцену. Убедившись, что видеокамера работает, Анна Мария откинулась на подушки и начала нетерпеливо расстегивать одежду Камило. Камило страстно целовал лицо, плечи и грудь девушки… Вдруг тело Камило одеревенело, рука потянулась к ее нежному горлу и начала сжимать его.
