— П-нятия не имею, — честно отозвалась Лаура, ковыряясь ложкой в яблочном штруделе с клубничным соусом, который ей заботливо подсунул Алан. — Она еще н-не пр-явилась.
Убедившись, что теперь ее маленькая соседка в надежных руках Алана и ДиМари, Астрид оглядела столовую в поисках брата. Он так и не появился на завтраке, хотя Галахер сказал, что Мартин ушел из комнаты еще рано утром. Стоило ли ей беспокоиться о нем? Может ли такое быть, что Мартин сам жалеет о том, что сказал вчера?
Поспешно извинившись перед ребятами, на которых она скинула заботу о Лауре, Астрид выскользнула из-за стола и нырнула в коридор. Прямо на входе она чуть не врезалась в Норберта, который, сонно зевая, явно не смотрел, куда идет. Увидев перед собой Астрид, он усмехнулся краем рта, но прошел мимо, ничего не сказав. Благо, он не глупец и не стал внезапно при всех с ней здороваться или заводить разговор. За это ему Астрид была очень благодарна. К тому же, сейчас ей хотелось разобраться с Мартином.
Пусть она до сих пор не знала, как себя вести с ним и что говорить, но его отсутствие ее сильно встревожило. Если его что-то волнует, Мартин не запирается и не бродит где-то в одиночестве — из них двоих обычно этим занимается Астрид. Но где же его искать?
Остановившись в коридоре, Астрид задумчиво выглянула в окно, выходящее в сторону мужского общежития. Нет смысла искать его в комнате — Алан только что оттуда. Внезапно в голове всплыла последняя тренировка с иером Торгильссоном. Он замещал директора, который был вынужден отправиться в срочную поездку. Иер Торгильссон учил ее телепортироваться не в место, которое она знает, а к человеку, которого она знает. Это для Астрид было впервые и оттого из всей сотни попыток удачными вышли всего с десяток.
Но Мартин… Она знает его как свои пять пальцев. И, закрыв глаза, Астрид без труда представила его так четко, словно он стоял прямо перед ней. Насмешливо вскинутые светлые брови, блеклая родинка у левого глаза, на которую падает тень длинных белесых ресниц. Пронзительные голубые глаза, выворачивающие наизнанку ее душу одним только внимательным взглядом. Растягивающиеся в улыбке нежные мягкие губы, заострившаяся линия скул… Она словно проводит пальцами по его щеке, и рука спускается на его шею к острым ключицам. Астрид невольно поднимает руку и изумленно распахивает глаза, ощутив прикосновение к знакомому до боли лицу.
Пытливый взгляд нежно-голубых глаз, подернутых дымкой. В них ни капли насмешки, ни следа улыбки. В полумраке Мартин смотрит на нее грустно и по-щенячьи смиренно, не двигаясь к ней ближе, чем она сама подойдет. Моргнув и осознав, что действительно телепортировалась к брату, Астрид резко отдернула руку и отступила на шаг назад. В глазах Мартина промелькнуло разочарование, но он промолчал.
Избегая начинать разговор первой, Астрид огляделась, пытаясь понять, где ей удалось застать брата. В сумраке зарождающегося утра взгляд выхватил концертное фортепиано у дальней темной стены, тяжелые портьеры на огромных окнах, ударную установку в углу и еще ряд музыкальных инструментов в футлярах на стеллаже. Только потом она заметила в руках Мартина скрипку, которую он вновь поднял, поудобнее устроив на плече. Взмахнув смычком, он закрыл глаза и начал играть. Нежные тонкие звуки огласили пустой музыкальный зал, эхом отдаваясь от стен.
У Астрид защемило сердце от этой печальной заунывной мелодии, льющейся из-под пальцев брата. Страхи, иллюзии, загнанность, тоска. И сквозь всё это одной чистой звонкой нотой проходило что-то еще — нежное, звонкое и чистое, растворяющее в конце концов внутри себя все остальное, перебивая все другие звуки. Астрид смотрела на Мартина, не в силах оторвать взгляда. Мурашки пробежались по запястьям вверх, под рукава блузки, и растворились где-то в груди, заставляя его биться чаще.
Даже когда Мартин опустил скрипку, закончив свою игру, в ее ушах еще какое-то время стояли завершающие триумфальные аккорды, резко оборвавшиеся в оглушительную тишину, словно мелодия еще не была завершена.
— Давно не слышала, как ты играешь, — голос Астрид прозвучал немного тише и хриплее, чем она рассчитывала. Мартин усмехнулся и принялся упаковывать скрипку в футляр — то была местный инструмент, его скрипка осталась дома, в особняке. К ней Мартин не притрагивался уже пару лет.
— Давно я не испытывал таких чувств.
Астрид нервно сглотнула. Щелкнули застежки футляра, и Мартин обернулся к ней. От его испытующего взгляда Астрид стало не по себе. Она отвернулась, подошла к фортепиано и задумчиво провела пальцами по закрытой крышке, думая, как начать разговор. Им нужно было всё прояснить. Сейчас. Она не сможет бегать от своего близнеца вечно. Но разве может Астрид любить его... так?
— Как давно... — Мысли смешались, не давая закончить предложение. Астрид глубоко вдохнула и попробовала снова: — Когда ты...
— Понял? — закончил за нее фразу тихий голос Мартина прямо над ее ухом.
