Вероломно нарушив все международные договоры и соглашения и напав в одиночку на Советский Союз, Гитлер, таким образом, создал предпосылки для объединения против фашистской Германии самых влиятельных и могущественных стран капиталистического мира. Их совокупный экономический, военный и людской потенциал вместе с огромными возможностями Советского Союза не оставлял ему в перспективе никаких шансов на победу. Но фюрер не умел мыслить стратегически, отдавая предпочтение чисто интуитивным решениям. Сталин немедленно воспользовался этим, заключив союзнические соглашения с отнюдь не симпатизирующими первому в мире социалистическому государству западными странами и даже добившись от США и Великобритании обязательства открыть против Германии в Европе второй фронт.
Это было действительно выдающееся достижение. Окруженный сонмом многочисленных и сильных противников, Сталин сумел не только отбиться от самого опасного из них, но и подключить к этой борьбе, казалось бы, непримиримых врагов социалистического государства. Поневоле согласишься с британским премьером У. Черчиллем, писавшим в своих мемуарах об «эгоистической», «коварной», но в то же время «холодно-реалистической» политике Сталина, который, по его словам, «боролся со своими врагами руками своих же врагов», добиваясь при этом результатов, казавшихся в тяжелейшем положении тогдашнего Советского Союза немыслимыми.
Насчет «коварства» британский премьер перегнул — равных ему по этой части просто не существовало, — а что касается «холодного реализма», то здесь был совершенно прав. В иллюзии «общечеловеческих ценностей» пролетарский вождь никогда не впадал, — своекорыстные, хищные повадки западных держав изучил досконально и мастерски научился не только их отражать, но и активно использовать в интересах социалистического государства. А после разгрома фашистской Германии вынудил своих союзников смириться с утратой всей Восточной Европы, несмотря на серьезное ослабление и разрушение советского экономического потенциала, и без того сильно уступавшего объединенной мощи западных держав. Это мог сделать только Сталин.
Но и это еще не все. Стоит коснуться, наконец, и того, о чем хранят глухое молчание знатоки военной истории, как в нынешней России, так и за рубежом. Все они признают, что Гитлер колебался, принимая решение о нападении на Советский Союз в одиночку. Но почему все-таки принял, несмотря на возражения своих соратников и имея за своей спиной войну с Англией? При всем своем авантюризме фюрер все-таки не был сумасшедшим.» Ответ прост: к отказу от сговора с англичанами и американцами его подтолкнул… Сталин. Он успел хорошо изучить психологию Гитлера, рвавшегося к мировому господству, и сумел сыграть на этом. Пойти на союз против СССР с Великобританией и США означало бы для фюрера, во-первых, дележ добычи, которую он не хотел делить ни с кем, и, во-вторых, откладывание на время реализации своей о мечты о мировом господстве, чего Гитлер также не хотел. «Зачем делиться с другими, если можно взять все самому?» Тем более что фюрер все еще пребывал в эйфории от быстрой и сокрушительной победы над англо-французскими армиями — ему ведь тоже предрекали со всех сторон, что война на Западе затянется надолго…
Сталин организовал и успешно провел целый комплекс мероприятий по дезинформации гитлеровского руководства относительно реального оборонного потенциала СССР. По зарубежным каналам распространялись сведения о слабости Красной Армии, ее неготовности к современным крупномасштабным боевым действиям. Был введен поистине драконовский режим секретности, касающийся реальных мобилизационных возможностей страны. А поскольку в Советском Союзе в результате сталинских чисток уже не было «пятой колонны», сообщавшей фашистам достоверные сведения о вооруженных силах своей страны, Гитлер был плохо осведомлен о действительной способности советского государства к сопротивлению. Он не знал, например, что в соответствии с принятым в 1933 году решением Политбюро ВКП(б), все крупные предприятия, вводившиеся в строй в ходе выполнения пятилетних планов, строились с учетом возможного перевода в кратчайшие сроки на выпуск военной продукции. Фюрер не имел ни малейшего представления о разрабатываемых в засекреченных институтах и опытных производствах образцах новой советской военной техники — танках, самолетах, артиллерийских орудиях. У него не было достоверных сведений о мобилизационных возможностях советского государства. А данные, полученные немецкой разведкой — абвером, — практически не затрагивали этой скрытой стороны реального военного потенциала СССР. В результате Гитлер стал считать Советский Союз «колоссом на глиняных ногах», а за несколько дней до нападения на него в беседе с болгарским послом сравнил Красную Армию с оловянными солдатиками, которыми играл в своих покоях свергнутый с престола русский император Петр III.
