– Что-то от него исходит плохое, ужасно плохое. Ты уверен, что фэншуй правильный, хейа?
– Фэн что? – Он удивленно поднял глаза, отвлекшись на время от своих забот.
Мэй-мэй испуганно смотрела на него:
– Ты не приглашал сюда джентльмена по фэншуй?
– Кто это?
– Кровь Христова, тайпан! – выдохнула она в полном отчаянии. – Ты строишь дом и не спрашиваешь про фэншуй! Ты просто безумный сумасшедший! Ай-й-йа! Я займусь этим сегодня же.
– А что делает этот джентльмен по фэншуй, кроме того, что стоит денег? – едко спросил Струан.
– Как?! Удостоверяет, что фэншуй правильный, конечно.
– А что такое, скажи на милость, фэншуй?
– Если фэншуй плохой, духи дьявола проникают в дом, и у тебя будет ужасно плохой йосс и ужасная болезнь. Если фэншуй хороший, тогда ни один дух зла не войдет внутрь. Все знают про фэншуй.
– Ты добрая христианка, и тебе не пристало верить в злых духов и всяких там мумбо-юмбо.
– Я абсолютно соглашаюсь, тайпан, но в домах фэншуй фантастически важный. Не забывай, что это Китай, а в Китае есть…
– Хорошо, Мэй-мэй, – сказал он, уступая. – Пригласи своего джентльмена по фэншуй, пусть он поворожит, если это уж так необходимо.
– Он не ворожит, – с важностью произнесла она. – Он проверяет, чтобы дом стоял правильно для течений Неба – Земли – Воздуха. И чтобы его не строили на шее дракона.
– А?
– Господь всеблагой и милосердный, как ты иногда говоришь! Это было бы ужасно, потому что тогда дракон, который спит в земле, больше не сможет спать спокойно. Кровь Господня, я надеюсь, что мы у него не на шее! Или на голове! Ты бы смог спать с домом на шее или на голове? Разумеется, нет! Если потревожить сон дракона, произойдут фантастически наихудшие вещи. Нам придется переехать незамедленно!
– Это смешно!
– Фантастически смешно, но мы все же переедем. Вот я, я оберегаю нас. О да. Очень важно, чтобы каждая женщина оберегала своего мужчину и свою семью. Если мы построились на драконе, мы переезжаем.
– Тогда тебе стоит сразу сказать этому фэншуйному джентльмену, что для него будет лучше, если он не обнаружит тут никаких драконов, клянусь Богом!
Она вздернула подбородок:
– Джентльмен по фэншуй не будет обучать тебя, как управлять кораблем, так почему же ты хочешь обучать его про драконов, хейа? Это очень благословенно трудно – быть джентльменом по фэншуй.
Струан почувствовал прилив радости оттого, что к Мэй-мэй начинает возвращаться ее былая неукротимость. Он заметил, что со времени возвращения в Кантон из Макао и всю дорогу до Гонконга она казалась раздраженной чем-то и рассеянной. Особенно последние несколько дней. И она была права: шум с берега очень мешал.
– Ну что же, мне пора.
– Можно я приглашу сегодня Мэ-ри Син-клер?
– Да. Только я не знаю, где она сейчас и прибыла ли вообще на остров.
– Она на флагмане. Приехала вчера со своей амой А Тат и бальным платьем. Оно черное и очень красивое. Встанет тебе в двести долларов. Ай-йа, если бы ты позволил мне заняться этим платьем, я бы сэкономила тебе шестьдесят – семьдесят долларов, можешь не беспокоиться. Ее каюта рядом с каютой ее брата.
– Откуда ты все это узнала?
– Ее ама – четвертая дочь сестры матери А Сам. А на что еще годится рабыня с таким прожорливым ротом, как у А Сам, если она не содержит свою мать в курсе и не имеет полезных знакомств?
– А каким образом мать А Сам передала ей все это?
– О, тайпан, ты такой смешной! – воскликнула Мэй-мэй. – Да это не мать А Сам, а я. Все китайские рабыни зовут свою госпожу Мать. Точно так же, как тебя она зовет Отец.
– Вот как?
– Все рабы называют хозяина дома Отец. Это древняя традиция, и это очень вежливо. Поэтому А Тат, рабыня Мэ-ри, сказала А Сам. А Сам, которая никуда не годный, ленивый червяк и ждет хорошей порки, сказала своей Матери. Мне. Видишь, все очень просто. Ах да, и чтобы быть абсолютным правильным, если бы ты мог говорить на кантонском, ты бы называл А Сам Дочь.
– Зачем ты хочешь видеть Мэри?
– Скучно ни с кем не разговаривать. Я буду говорить только на кантонском, не тревожься. Она знает, что я здесь.
– Откуда?
– А Сам сказала А Тат, – объяснила она, словно разговаривала с ребенком. – Естественно, такую интересную новость А Тат передала своей Матери – передала Мэ-ри. Эта старая шлюха А Тат знает секретов больше, чем есть нефритов в нефритовой шахте.
– А Тат – шлюха?
– Кровь Господня, тайпан, это только фигурная речь. Тебе на самом деле следует вернуться в постель. Ты что-то очень простоватый сегодня утром.
Он допил свой чай и отодвинул тарелку:
– Вот уж действительно: сижу тут и слушаю всю эту ерунду. Сегодня я обедаю с Лонгстаффом, так что я передам Мэри твое приглашение. Какое время ей указать?
– Спасибо, тайпан, но это не нужно. А Сам будет лучше. Тогда никто не узнает, кроме слуг, а они и так все знают, ладно.
Лим Динь открыл дверь. Он был не только поваром, но и личным слугой Струана – невысокий, крепкий человечек на шестом десятке, выглядевший очень аккуратно в черных штанах и белой рубашке. На его круглом, довольном лице прыгали туда-сюда хитрые глазки.
– Масса, мисси и масса приходить твоя видеть. Мозна?
