– Они как раз значения и не имеют. Война все равно идет сама по себе, как бы твой отец ни притворялся, что он чего-то там решает. Ну а что до старой проныры Жэнь-гуа, я могу помочь тебе держать в узде эту обезьяну. Нет, Кулум, так и придется нам дожидаться, пока они не умрут. А это ужасно, когда мы оба так молоды и у нас столько новых идей, и вообще. А ведь передай они нам бразды правления сейчас, что тут такого страшного? Наши отцы будут прикрывать нам спину дома, а если понадобится их помощь здесь, так это раз – и готово. Мы же не выкидываем их совсем. Компании как принадлежали, так и будут им принадлежать, это само собой. Но они же в это никогда не поверят. У них у обоих вместо мозгов соленая вода. Им ведь нужно самим всем командовать, только тогда они будут счастливы. Он просто заморочит тебе голову всякими там «тебе нужно поднабраться опыта» да «подожди годика два-три» – только это будет тянуться вечно…
Кулум уперся взглядом в спину отца:
– Я смог бы справиться, тайпан.
Струан повернулся к нему:
– С Лонгстаффом? С войной и Жэнь-гуа?
– Войну все равно ведем не мы, не так ли?
– Так. Но если бы Лонгстаффа никто не направлял, он уже сто раз погубил бы нас всех.
– Если случится, что ты все-таки уедешь, ну, это же не будет означать, что ты умываешь руки от всех дел компании, ведь так? Если появится что-то, с чем мне не справиться, я мог бы обратиться к тебе, раз – и готово.
– Когда я уеду, парень, тебе одному придется отвечать за все. Только на почту домой и обратно уходит полгода. Слишком многое может произойти за это время. Тебе нужен опыт. Ты еще не готов.
– А когда я буду готов?
– Это зависит от тебя.
– Ты обещал, что я стану тайпаном через год после… ну, после дяди Робба.
– Да. Если будешь готов. А ты еще не готов к тому, чтобы я уехал, как мы договаривались. Брок и Горт
Да, сказал себе Кулум, Горт снова оказался прав. Придется ждать.
– Очень хорошо. Что я могу сделать, чтобы доказать, что я достоин?
– Ничего сверх того, что ты уже делаешь, парень. Тебе нужно просто поднабраться опыта. Два года, три – я скажу тебе, когда буду уверен.
Кулум знал, что ничего не добьется, если начнет сейчас возражать и спорить.
– Ты хочешь, чтобы я взял на себя работу дяди Робба?
– Да. Но пока ничего не заказывай, ничего не продавай и никого не увольняй без моего ведома. Я подготовлю для тебя особое письмо с инструкциями. Помоги Варгашу оценить наши убытки в поселении и привести в порядок все конторские книги.
– Как ты считаешь, когда можно будет объявить о нашей помолвке?
– Ты уже обговаривал это с Броком?
– Только когда видел его на Вампоа. Он предложил день святого Иоанна.
Струан вдруг вспомнил Скраггера и то, что тот рассказал ему об У Квоке: про праздник на Квемое в день святого Иоанна, который легко можно превратить в ловушку для пиратского главаря. Он понимал, что теперь у него нет другого выхода, кроме как положиться на слово Скраггера и постараться уничтожить У Квока. Мертвый У Квок означал бы, что у Кулума будет одной опасностью меньше, когда он станет тайпаном. А как быть с остальными тремя половинками монет? Каких макиавеллиевских «услуг» потребуют от компании их владельцы? И когда? Он посмотрел на календарь на столе. Пятнадцатое июня. До дня святого Иоанна оставалось девять дней.
– Что же, пусть будет день святого Иоанна. Но только скромный ужин. Исключительно для родственников, – добавил он с тонкой иронией.
– Мы подумали о свадебном подарке, который хотели бы получить от тебя. Это была идея Тесс. – Кулум протянул Струану лист бумаги.
– Что это?
– Не больше и не меньше как торжественное соглашение забыть о прошлом и стать друзьями. Скрепленное подписями Броков и Струанов.
– Единственная сделка, на которую я пойду с этими двумя людьми, уже заключена. – Струан возвратил ему бумагу, даже не прочитав ее.
– Горт готов подписаться. Он сказал, что и его отец сделает это.
– Могу поспорить, что у Горта уже и чернила наготове. Но Тайлер никогда не подпишет такой документ.
– А если подпишет, подпишешь ли ты?
– Нет.
– Прошу тебя.
– Нет.
– Наши дети будут принадлежать вам обоим, и уж тогда…
– Я хорошо подумал о детях, Кулум, – прервал его Струан. – И о многом другом. Я очень сомневаюсь, что у ваших детей будут дядя и дедушка с материнской стороны к тому времени, когда они достаточно подрастут, чтобы разобраться в том, что представляют собой эти двое. – (Кулум решительно направился к двери.) – Подожди, Кулум!
– Пожалуйста, сделай нам подарок, о котором мы просим, умоляем тебя.
– Я не могу. Для них это останется лишь клочком бумаги. Горт и Брок охотятся за твоей шкурой, они…
Кулум хлопнул дверью, недослушав его.
Струан налил себе еще бренди, выпил его залпом и запустил бокалом в камин.
