Ли без всякого подтекста вежливо кивнул в ответ и назвался сам, попутно отметив, что появление Реёко, похоже, вызвало некоторое удивление у командующего эскадры Синцзян и его заместителя. К»си Ёнг, напротив, позволила себе удовлетворенную улыбку, а вот самому Кэй, по–видимому, было глубоко наплевать на реакции окружающих. Внешний вид хайтина был вполне благообразен, но вот он сам чувствовал себя в подобной обстановке явно не слишком радостно. Скованные жесты напомнили Ли его самого в те первые дни, когда он только учился правильно носить суо, и при этом не выдать окружающим своего неумения.
Через полчаса все руководящие офицеры, чиновники и спутники Ли разместились на втором этаже в красивом доме начальника порта. Большая комната, служившая хозяину в качестве трапезной, имела широкий выход на внешнюю галерею, с которой открывался прекрасный вид на искусственную бухту и несколько вытянутых огороженных зон с пристройками, покрытыми необожженной черепицей. Сухие доки, в которых регулярно приводились в порядок днища военных и торговых кораблей, были единственной достопримечательностью этого маленького городка. Рыболовство и выращивание сахарного тростника процветало выше по течению Синцзян, но местные жители были вполне довольны своим положением. Разумеется, до того, как в соседних провинциях объявились солдаты Юнь.
Пока слуги хозяина дома суетились, расставляя угощения и напитки для важных гостей, военачальники собрались на открытой террасе в тени резного деревянного навеса. Здесь же состоялось знакомство Ли с оставшимися командирами и служащими, подчиненными хайтину Гонкэ. Глава армейской разведки представила лишь одного из своих лазутчиков, оказавшегося совсем юной девушкой, по меркам Империи едва покинувшей пору детства. Ее черты лица еще не успели окончательно сформироваться и выглядели бы довольно мило, если бы не застарелый рваный шрам, наискось пересекавший левую щеку. Несмотря на нежный возраст, одеждой юной разведчицы был настоящий женский суо в темно–зеленых тонах, а пояс украшал укороченный дакань, явно побывавший со своей хозяйкой уже не в одном в деле. Уголки фиалковых глаз, вытянутые к ушам, которые в свою очередь были лишены мочек, а также темно–русые волосы, остриженные по–мальчишески коротко, выдавали в девушке хшмин, что в целом было не очень–то и удивительно. Армейская разведка намеренно отбирала в свои ряды лучших следопытов, без оглядки на их народность и количество прожитых лет. Среди почти исчезнувших обитателей северных лесов охотников и трапперов всегда было на порядок больше, чем среди других жителей страны. Правда, разбойников и мятежников среди них тоже хватало с избытком.
— Ка»исс командовала той группой, которую мы отправляли вдоль Чаанцзянь и к Таури по вашему приказанию, тайпэн Хань. Это мой лучший агент в южных землях так, что в деле добычи сведений вы может положиться на нее целиком и полностью, — отрекомендовала К»си Ёнг свою протеже.
Было видно, что Ка»исс восприняла похвалу командира как должное, и все же ее щеки покрылись легким румянцем, когда юная хшмин предстала перед вассалом Императора.
— Для меня будет честью служить вашим планам, тайпэн, — сбивчиво произнесла девушка, низко склонив голову.
Как и со всяким новым знакомым, Ли ответил на такое приветствие искренне и с равнозначными знаками уважения.
— Помощь лучшего разведчика имперского юга будет для меня не меньшей честью.
От этих, вроде бы, просто учтивых слов лицо Ка»исс вспыхнуло яркой краской, и «лучший разведчик юга», растеряно потупившись, быстро пробормотала что–то в ответ и поспешно исчезла в направлении трапезной. Хань не успел даже толком удивиться, когда у самого уха тайпэна раздался насмешливый голос Фуёко.
— Поздравляю, это будет первое наивное сердце, которое тебе еще только предстоит так безжалостно разбить клинком суровой реальности, — кумицо притворно вздохнула. — Бедное дитя…
Резко обернувшись назад, Ли увидел только Удея, которой, заметив действие Ханя, вопросительно поднял левую бровь. Темный наряд лисицы–оборотня мелькал на другой стороне террасы в окружении синих каймонов, но тайпэн по–прежнему ощущал ее горячее дыхание на своей коже. Также как и незримые ледяные прикосновения къёкецуки, каждый раз напоминавшие ему о том, как тесно после той кровавой ночи в Золотом Дворце связано теперь некогда человеческое естество бывшего дзи с демонической сущностью трех его спутниц.
Когда все было готово, Ло Гонкэ пригласил всех внутрь, а места слуг заняли денщики и доверенные люди К»си Ёнг. Обсуждение планов предстоящего похода грозило затянуться на весь день, и только общий разбор сложившейся ситуации мог продолжаться до полудня. Распорядители и хайтины докладывали о состоянии дел на своих кораблях, о настроениях среди экипажей, а также о запасах провианта и амуниции. Смотрители местных армейских складов раздавали списки последних сверок, подготовленных к прибытию Ханя. Всю информацию, собранную разведкой, детально изложила в своем выступлении Ка»исс, делая пометки на карте, разложенной в центре стола.
