Опустив взгляд, я пытаюсь понять, что же он видит, и замечаю два одинаковых темных следа на обоих запястьях. На мгновение я вспоминаю, как этим утром мы занимались любовью. Ты прижал мои руки к кровати и жестко оттрахал меня до потери сознания, наполняя мое тело наслаждением.
– Да. У нас что-то вроде медового месяца. Мы можем увлечься.
– А почему охрана у двери?
Я старательно сохраняю невозмутимое выражение лица, хотя понимаю, что это может создать больше проблем, чем нам нужно. У нас их и так предостаточно.
– А для чего вообще нужна охрана? Чтобы защитить то, что важно.
– Защитить тебя от чего?
– Может, это я защищаю Кейна, – поддразниваю я, пытаясь смягчить его гнев, затем меняю тему и становлюсь серьезной. – Похоже, мой разум превратился в решето. Такое чувство, что я только вздремнула, но на самом деле прошли годы. Мир живет дальше без меня.
– Алия сказала, что у тебя амнезия?..
– Врачи говорят, что у меня амнезия, – поправляю я и пожимаю плечами, чтобы казаться уязвимой. – Алия привирает, говоря все, что приходит в голову, потому что я представляю угрозу.
Райан вопросительно выгибает бровь, как будто бросая вызов. Это требование сказать правду или искусную ложь.
– В каком смысле?
– Она не знала, что Кейн возродил «Бахаран-фарма» на средства, вырученные от продажи моего имущества.
Он смотрит на меня немигающим взглядом, пока Витте не протягивает ему чашку кофе. Поскольку Витте не поинтересовался, какой кофе Райан предпочитает пить, я предполагаю, что он довольно частый гость в этом доме и его предпочтения известны. Надеюсь, он был тебе хорошим другом и вы оба забыли о своих прежних отношениях со мной, когда я была Лили.
Райан делает глоток.
– Спасибо, Витте, – рассеянно произносит он.
– Не за что. Не желаете что-нибудь еще?
– Нет, спасибо. – Он продолжает сверлить меня пристальным взглядом, пока Витте не отступает к тележке. – Поверить не могу, что она не знала об этом.
– Да, что ж, я тоже. Очевидно, он никому не сказал. – Так как дворецкий все еще медлит с уходом, я втягиваю его в разговор: – Витте, вы тоже не знали?
Он слегка наклоняет голову.
– Нет, не знал.
Райан хмурится.
А я продолжаю:
– Также Кейн держит акции своей компании в нашем совместном обществе с ограниченной ответственностью.
– Значит, ты акционер, – бормочет он. – Да, сомневаюсь, что ей бы это понравилось. И что ты об этом думаешь?
– Я испытываю гордость. Кейн добился всего, чего хотел. Потрясающий успех.
– Разумеется. – Он выдавливает из себя легкую, невеселую улыбку. – Но я говорил о контрольном пакете «Бахаран-фарма».
– Мне это совершенно неинтересно, – сухо произношу я.
– Это успешная компания и скоро станет еще успешнее.
– Когда Кейн во главе компании, ничего другого я и не жду. – Мои губы изгибаются в улыбке. – Но, очевидно, я вышла за него замуж не из-за денег, поскольку тогда у него их не было.
– Не уверен, что на данный момент многое очевидно. – Райан откидывается на спинку дивана, его взгляд ненадолго возвращается к нашим с тобой фотографиям. – Ты не связалась ни с кем из наших знакомых.
– Доктор посоветовал мне ограничить общение, учитывая стресс, который, как полагают, спровоцировал амнезию.
– Общение с друзьями вызывает стресс?
– Прийти в себя после комы – это стресс, Райан. Смотреть в зеркало и видеть лицо, которое не похоже на то, которое я себе представляю, – это стресс. И это наше маленькое дружеское воссоединение не совсем успокаивает. Ты находишься в нерешительности, сомневаться в моих словах или проявить сочувствие.
– Прости меня, – говорит он. – Какое-то время ты многое для меня значила. Узнав о твоем возвращении, я должен был прийти и повидаться с тобой.
– Когда Кейна нет дома.
– Он не сказал мне, что ты вернулась, – парирует он, как будто это объясняет его поведение.
– Вероятно, он не осознавал, что был обязан… Это его ошибка. Тебе придется простить его. Ему даже на работу выйти трудно, потому что он боится, что его жена снова исчезнет. – В моем голосе слышатся стальные нотки. – Сомневайся во мне сколько хочешь, но будь осторожен с Кейном. Он и так через многое прошел.
– Зачем мне сомневаться в тебе?
– Хороший вопрос. Райан, ты знаешь меня. У тебя было шесть лет, чтобы измениться, но я все та же, застрявшая во времени. По сути дела, мой брак все еще находится в зачаточном состоянии и отягощен горем. У меня впереди месяцы, если не годы, психотерапии и психоанализа. А моя свекровь пытается воспользоваться этой ситуацией, чтобы защитить свои интересы. Я не буду извиняться за то, что не беру трубку, чтобы вдобавок ко всему прочему еще и отвечать на бесконечные, повторяющиеся вопросы старых друзей вдобавок ко всему прочему.
– Я не хотел тебя расстраивать.
– А чего ты хотел, Райан? Что ты хотел увидеть или выяснить?
Он делает глубокий вдох, блуждая взглядом по комнате.
– Кейн сказал, что вы недолго были вместе, прежде чем ты… пропала.
– Это правда. Он не приближался ко мне, пока ты не обручился. Сроки могут показаться поспешными, но Кейн хороший человек, он никогда не воспользовался бы обстоятельствами, в которых оказался его друг.
– А что насчет тебя?
