– Витте, – говорит он, не оборачиваясь. – Она была дома?
– Да. У нее сильное похмелье. – На самом деле его матери было настолько плохо, что она даже не стала донимать меня сексуальными предложениями, как обычно. Но об этом я ему не говорю.
– Что ж, она заслужила это после прошлого вечера. – Он возвращается к своему столу и грациозно опускается в кресло. Вздохнув, жестом приглашает меня присесть. Достав свой мобильный, набирает номер по громкой связи, и я слышу гудок.
– Да, Кейн, – отвечает его мать более хриплым, чем обычно, голосом. – Если ты звонишь, чтобы отчитать меня, предупреждаю, сейчас у меня нет сил на это. Тебе придется перезвонить позже.
Его губы изгибаются в печальной улыбке.
– Ты помнишь, когда именно Эми впервые начала работать с Вэлоном Лаской?
На мгновение воцаряется тишина, затем раздается долгий вздох.
– Года четыре или около того назад.
– Ты сказала, что у тебя есть доказательства, – возражает он. – Они должны указывать на даты.
– Ради всего святого… Подожди минутку, я посмотрю. Не понимаю, почему это нужно обсуждать сейчас. У меня ужасно болит голова.
– Я ценю, что тратишь на меня время, – говорит он невозмутимо.
Проходит несколько минут, в течение которых мы слышим, как она дышит и что-то печатает на клавиатуре.
– Да, я была права. Апрель две тысячи двенадцатого. По крайней мере, эта дата указана в контракте на ее услуги.
Он поднимает брови.
– Ладно. Большое спасибо.
– Кейн, подожди! – Она откашливается. – Прости, что я вчера рано ушла. Почувствовала себя неважно. Остаток вечера прошел гладко? У тебя были какие-нибудь проблемы?
– Нет, все прошло хорошо.
– О… Это хорошо.
– Мне нужно идти. Надеюсь, тебе скоро станет лучше. До свидания. – Он заканчивает разговор и сидит, уставившись в стену.
– О чем задумались? – спрашиваю я.
Мистер Блэк моргает, очнувшись от своих размышлений, и переключает свое внимание на меня.
– Я пытаюсь вспомнить, когда Ласка впервые появился в моей жизни. Какова вероятность того, что его работа с Эми не имеет ко мне никакого отношения?
– Мы пока не можем исключить случайное совпадение, – говорю я, – но я бы сказал, что вероятность этого очень мала. Бандит, нанимающий компанию по управлению социальными сетями, даже для законного бизнеса, – это неожиданно и подозрительно, учитывая все обстоятельства.
– Точно. Я встретил Эми примерно в то же время. Либо прямо до, либо сразу после этого. Я просмотрел памятный альбом, который они с Дариусом дарили на своей свадьбе в качестве сувениров, и в нем указано, что они начали встречаться в мае две тысячи двенадцатого, то есть через несколько недель после того, как мы с ней были вместе.
– Вы сохранили памятный альбом. – Это утверждение звучит как вопрос, потому что я сильно удивлен. Это настолько памятная, сентиментальная вещь, что выдает его более глубокую привязанность к брату, чем я предполагал.
Мой работодатель отмахивается.
– Я собираюсь отвезти Лили в Гринвич на некоторое время. Не знаю, на сколько. Мне просто будет спокойнее, если ее пока не будет в городе.
– Вы беспокоитесь, что детективы правы насчет того, что она в опасности?
– Я беспокоюсь обо всем, – напряженно отвечает он. – Особенно о ней. С ней не все в порядке, и я знаю, ты это видишь.
Я киваю.
– Она плохо ест.
– И плохо спит. Она все еще в отключке после того, как всю ночь ворочалась с боку на бок. – Он делает глубокий вдох и быстро выдыхает. – Она думает, что ее мать заказала это убийство несколько лет назад, когда мы поженились. Поскольку моя жена скрывалась под разными вымышленными именами и разъезжала по всему миру, недавнее возвращение в Нью-Йорк, вероятно, стало первой возможностью установить ее местонахождение. Мысль, что ее мать так поступила, убивает ее.
– Это вполне понятно. – Я тихо притопываю ногой от волнения. – Еще недавно нам говорили, что Ласка удовлетворит любой каприз матери Лили. Если это правда, зачем убивать человека, выполняющего ее приказы?
– Не знаю. Мы собрали информацию воедино, но ничего не сходится.
– Думаете, Лили лжет?
Он пожимает плечами, и это движение выдает его общую усталость.
– Это не имеет значения. Я не могу жить без нее.
В его тоне такая решительность.
– Это имеет огромное значение, – мягко возражаю ему.
Мистер Блэк бросает взгляд на фотографию жены на своем столе.
– Для всех, кого я любил, я был ненужной вещью. Но моя жена убила самых дорогих ей людей, потому что хотела защитить меня любой ценой. Это самая важная правда. Остальное придет со временем.
Он смотрит на меня серьезными темными глазами, и я вижу в них отражение недавних страданий Лили. Они связаны, эти двое. Если она страдает, то и он тоже.
Вздохнув, мой работодатель откидывается на спинку кресла.
