Так говорил Егор Гайдар полностью

М. Горбачев был избран первым Президентом Советского Союза (сохранив и пост генсека КПСС). Еще активнее демократические преобразования шли в РСФСР. В мае 1990 года начался I съезд ее народных депутатов. На нем блок «Демократическая Россия» имел большинство, и Б. Ельцин был избран Председателем Верховного Совета РСФСР, набрав, 535 голосов (кандидат коммунистов набрал 487).

Все эти политические преобразования шли на фоне ухудшающегося экономического положения, которое усугублялось половинчатыми реформами в народном хозяйстве. В ноябре 1986 года была разрешена индивидуальная трудовая деятельность, а в январе 1987 года – совместные предприятия с капиталистическими странами. В мае этого же года были узаконены кооперативы в любой сфере, а в июне введен хозрасчет предприятий, выборность директоров и расширены права трудового коллектива. Были разрешены такие экзотические организации, как Центры научно-технического творчества молодежи (НТТМ) при райкомах комсомола. Эти центры, так же, как кооперативы, получили право работать с наличными деньгами на рыночных условиях, что было запрещено остальным государственным предприятиям, которые работали по плану и государственным ценам на свою продукцию. В то же время контроль над государственными предприятиями слабел. Секретарь горкома уже не мог сказать директору завода: «Не будет плана – положишь партбилет!», а других стимулов к работе у директора не было. Зато был стимул (и возможность) личного обогащения. Любой директор мог организовать рядом со «своим» заводом свой (без кавычек) кооператив, продавать ему продукцию по государственной цене, а кооператив продавал ее по рыночной. В условиях дефицита всего это было очень легко. Куда шла разница, объяснять не надо. Надо сказать, что это не было «ноу-хау» конца 80-х. Вот цитата: «В составе государственного аппарата… был круг лиц, которые служа в хозорганах… в то же время организовывали предприятия или на имя своих родственников, или даже на свое собственное. А затем перекачивали туда средства из находившихся в их распоряжении государственных органов» Это написал в 1927 году советский деятель Ю. Ларин, разумеется, с возмущением. В 1990 году возмущения никто из руководства не высказывал… Вопреки распространенным в печати стонам и крикам, размах номенклатурного разворовывания в 1990 – 1991 годах намного превосходил все, что мы имели на этой ниве в 1992 – 1994 годах. И пока господствующие классы успешно решали свои проблемы, государство разорялось дотла.[90]

К 1990 году это стало ясно и союзному и российскому руководству, конфликтовавшим друг с другом. Всем стала понятна необходимость настоящих рыночных реформ: приватизации государственной собственности, либерализации цен и стабилизации финансов. Это и предусматривала программа «500 дней», которую сначала согласились осуществлять совместно М. Горбачёв и Б. Ельцин. В том числе, программа предусматривала необходимость резкого снижения расходов на оборонный комплекс.[91]Это, судя по всему, не устраивало силовые структуры и консервативную часть парт аппарата.

В сентябре 1990 года под Москвой состоялись военные учения, смысл которых министр обороны не смог объяснить депутатам ВС СССР. Он сказал, что войска вызваны для уборки картофеля. Именно после этих учений Горбачев отказался от поддержки программы экономических реформ.[92]После этого крах советской экономики стал неизбежным. Вот результаты народного хозяйства СССР за период 1985 – 1991 годов.

Консервативным силам в руководстве СССР показалось, что можно «спасти страну» привычным, силовым путем. Состоялся путч. ГКЧП, просуществовав несколько дней, потерпел поражение. За эти несколько дней советские люди увидели арест законного президента. Дрожащие руки «взявшего власть» вице-президента, загадочное самоубийство участвовавшего в путче министра МВД и, казалось бы, совсем непричастного, управляющего делами ЦК КПСС, неспособных найти хотя бы один полк министра обороны и председателя КГБ. Остаётся закончить эту главу еще одной цитатой Булата Окуджавы:

Вселенский опыт говорит,

Что погибают царства

Не от того, что труден быт

Или страшны мытарства…

А погибают от того,

И тем больней, чем дольше,

Что люди царства своего

Не уважают больше…