— Именно. Не знаю, что там произошло, и почему он выбрал себе в личную прислугу явно неопытного человека, но все же раз он отдал предпочтение именно вам, вы должны ценить это. Ян Валерьевич еще ни разу не удостаивал такой привилегией кого-то из уже имеющейся в этом доме прислуги.
Да я просто пищу от восторга. У меня на лице наверняка очень четко видно выражение безудержного счастья. Уверена, нет смысла даже пытаться обрисовывать ему всю ситуацию.
— И в чем же будут заключаться мои обязанности? — я задала этот вопрос и пожалела об этом спустя уже минуту. Как выяснилось, подъёмы ни свет ни заря и утренний кофе — это только полбеды. Теперь мне придется застилать постель этого ушлепка, прибирать в его комнате и кабинете, стирать его вещи, приносить ему завтрак, обед и ужин, если он изволит, выполнять различные мелкие поручения. Фактически я продала себя в рабство, когда согласилась сесть в его машину. Но самое обидное, в отличие от прочей прислуги, которая, конечно же, получает за работу весьма неплохие деньги, я не буду получать ни гроша. Хотя Ян и сказал, что мы после обсудим мое пребывание в его доме, уверена, ни о какой зарплате не может быть и речи. Проще говоря, дела мои обстоят еще более дерьмово, чем я могла бы предположить.
Через несколько минут Виктор выдал мне все необходимое для уборки, а еще через пару минут я приводила в порядок кабинет вышеупомянутого Яна Валерьевича. Чтоб его леший дрючил… Хотя «приводила в порядок» сильно сказано. Просто убрала пролитый на пол кофе и собрала осколки от разбитой чашки. Других ведь «поручений» не было. Да, мне обрисовали всю картину, но желание делать что-то еще отсутствовало напрочь. Я не выспалась, ссадина и новые синяки болели, даже после того как Виктор помог мне обработать их, тонко намекнув чтобы впредь я была более расторопной. А то, что заработала я их благодаря козлу «хозяину», это, конечно, никого не волновало. Я была голодная. Желудок неугомонно призывал меня закинуть в него хоть что-нибудь. Хоть корку хлеба. Когда я попыталась намекнуть об этом Виктору, мужчина с бесстрастным лицом заявил, что время обеденного перерыва еще не настало. Мне кажется, этот дом полон садистов.
В итоге покончив с «уборкой» я вернула чистящие принадлежности на свое законное место и не нашла ничего другого, кроме как пойти бродить по этому огромному дому. Минут десять я пыталась найти неуловимого дворецкого, затем еще минут пятнадцать просто без цели бродила туда-сюда. Меня не покидало сильное желание бросить все и уйти отсюда на фиг. Я была тут совершенно чужая. Как инопланетянин, которого случайным образом занесло на эту красивую планету почему-то битком набитую жестокими созданиями.
Экскурсия моя продлилась около получаса. И первое, что стоит отметить, тут очень пустынно. Нет и капли намека на уют. Знаете, как в музеях. Вроде все красиво, помпезно, завораживающе, но пусто или даже угнетенно. Кругом царит какая-то бездушная атмосфера. Второе — это отсутствие других жильцов. Единственные, кто мне периодически попадался на глаза, это прислуга. Я насчитала всего три девушки. И все трое очень странно на меня смотрели. Словно я диковинный зверек, которого приобрели на ярмарке. Хотя я уже сравнивала себя с инопланетянином. Разница, в принципе, не велика.
Я с трудом дожила до обеда. За всю жизнь я еще никогда не была так рада еде. Но когда мы сели за стол, аппетит резко пропал. Все мои попытки заговорить с кем-то из прислуги оканчивались фатальным фиаско. Единственное, что мне удалось выудить из этой кучки молчаливых снобов, так это имена. Одну коротковолосую шатенку, которую я видела ранее, когда Виктор отдавал ей мои испачканные вещи, звали Альбина. Вторую с выражением строгой гувернантки — Мария Сергеевна. Это была молодая женщина примерно лет тридцати, хотя глядя на нее можно было подумать, что в душе ей уже все семьдесят. И третья, миниатюрная девушка-мышка, представилась Полиной. Но как бы они ни отличались друг от друга, в одном были едины: смиренный взгляд и безэмоциональные лица. Роботы, честное слово.
Когда с унылой трапезой в полном молчании было покончено, вся прислуга быстро разбрелась по дому, возвращаясь к работе. Не представляю, как эти люди выглядят в обычной жизни. Хотя если задуматься, они очевидно проводят здесь все свое время и скорее всего вообще не имеют личной жизни. Грустно все это, как ни крути.
В отличие от остальных у меня работы не было. Так как проснулась я гораздо позднее всех, мои утренние обязанности уже были выполнены, а Ян так и не объявлялся. Поэтому-то я и решила остаться на кухне вместе с Жераром. Даже несмотря на то, что мужчине это не очень нравилось. Наплевать. Если я не смогу растормошить в этой обители призраков хоть кого-то, то точно помру от скуки.
